16+

Новости партнёров

Lentainform

Чего хочет молодежь, и как она этого может добиться

28/12/2010

Чего хочет молодежь, и как она этого может добиться

Состояние молодежи интересует немолодых уже людей в основном по причинам шкурно-эгоистическим. Политики – с тех пор как Троцкий назначил молодежь «барометром революции» – косятся на нее из боязни перемен, государству важно знать, должным ли образом обстоит у нее дело с патриотизмом и готова ли она обеспечить рождение нужного количества детей, бизнес и шоу-индустрия интересуются, на чем придется зарабатывать в ближайшее десятилетие, а родители смотрят на молодежь в надежде на реализацию собственных амбиций.


              Всеми движет зависть к будущему, которое будет совершаться уже без нас. Так предварила свое выступление в лектории «Контекст» доктор социологических наук, заведующая кафедрой социологии и директор Центра молодежных исследований петербургского филиала Высшей школы экономики Елена ОМЕЛЬЧЕНКО.

Поколение Пу

И собравшиеся на лекцию немолодые слушатели свое шкурное любопытство удовлетворили. Выяснилось, что нынешнюю молодежь как только не называют: это и поколение Пу, и поколение сидящих на корточках, и поколение адекватных. 16% нынешней молодежи нацелено в будущем на госслужбу, 20% собирается работать в крупных компаниях, среди которых «Газпром» воспринимается как компания мечты, но в то же время российская молодежь – это люди, увлеченные экстримом, занятые самоконструированием, поиском новой искренности, театрализацией повседневности и борьбой за аутентичное.

Молодежь – это носитель нового языка, ключевым элементом которого является вечный вопрос «ты где?»; это поколение, умеющее сочетать потребление с производством (в смысле: способное купить платье и потом срезать с него стразы), это поколение, любящее что-нибудь мастерить (do-it-yourself generation), это «ликующая гопота», часть которой в то же время полагает, что «пора сваливать» и рассматривает оглашение приговора Ходорковскому и Лебедеву как последний тест на «пора» или «не пора».

Молодежь характеризуется усилением регионального расслоения, но в то же время находит собственные способы солидаризации в виде спортивных сообществ, практик «горожанства» (собираясь для решений разных проблем ЖКХ), объединяется в субкультуры готов, анимэ, растаманов и экологов и буйно занимается фотографированием. Еще говорят, что есть в молодежи такой типаж, как хипстер, однако никому до сих пор не удалось выяснить, кто он такой конкретно. Картина получилась настолько пестрая, что найти в ней смысл стало уже трудно.

Молодежь и кризис

Правда, по окончании лекции выступавшие в качестве экспертов молодые бизнесмены несколько сузили представленное лектором разнообразие российской молодежи. А экспертами молодых бизнесменов назначили потому, что речь должна была идти о влиянии мирового финансового кризиса на их поколение. И как раз по этому вопросу социология точными сведениями располагает.

В России кризис практически не затронул молодых людей из высоко- и среднедоходных семей. Его удар целиком пришелся на родителей. Единственное, что действительно интересовало молодежь в связи с кризисом, это динамика цен на интернет и мобильные телефоны. В связи с кризисом обнаружился рост образовательных устремлений молодых, из чего можно сделать вывод, что потраченные на образование годы воспринимаются ими как период «отложенной жизни».

В стратегиях поиска работы в связи с кризисом тоже отмечается откладывающая тенденция: молодежь предпочитает не «продаваться сразу», а заниматься «пока» самыми разными делами.

Здесь, конечно, возникает вопрос о принципиальном наличии в нашей жизни (и особенно в нашем городе) возможности «продаться», но на это социология тоже знает ответ: да, поколение нынешних «тридцатилетних плюс» крепко держится за свои места, молодых воспринимает как нежелательных конкурентов и способствует таким образом общему превращению вопроса о социальном равенстве из классового в возрастной. Что в перспективе может дать нам семейные трагедии нового типа.

Что касается социальных конфликтов, то благодаря кризису большая протестная группа формируется внутри социального класса молодых родителей. Суть не в том, что раньше молодых родителей не существовало, а в том, что благодаря созданной в последнее десятилетие особой индустрии детства они начали воспринимать себя как отдельный социальный класс. И как раз по ним кризис ударил сильно. Второй потенциально протестной группой может стать так называемая «невидимая молодежь», «бедные и некрасивые» – и, судя по недавним событиям, она начинает приобретать некоторую видимость, особенно заметную на фотографиях с площади у Киевского вокзала в Москве.
Вот, собственно, и все содержание лекции.

Понятно, что в поисках новых источников дохода бизнесу следует обратить внимание на потребности молодежных субкультур; понятно, что интернет-провайдерам за стабильность спроса на свои услуги переживать не стоит, а вот производителям мобильных телефонов надо бы озаботиться разнообразием вкусов и понимать, что спросом у молодежи пользуются не только навороченные телефоны, но и телефоны типа «умею только звонить».

Впрочем, судя по наличию таких моделей в продаже, производители давно об этом знают. Как и о повальном увлечении фотографией, запросах субкультур и спортивных сообществ. Потому что все им нужное производится за границей, где «передовые» российские увлечения появляются, как правило, лет на десять раньше.

И наличие правильного папы


Чтобы удовлетворить локальный петербургский интерес, важнее было посмотреть на экспертов и послушать, что они говорят: мне представляется, что уже сам их состав дает неплохое представление о состоянии активной российской молодежи. Из пяти молодых руководителей, приглашенных в качестве экспертов, трое занимаются частным бизнесом, а именно – производством видеороликов для вирусного распространения в сети, производством «обыкновенной», но недорогой и качественной молодежной одежды, которая продается только через интернет, и созданием сайтов. Из чего следует, что частный бизнес, доступный молодым россиянам, ключевым образом завязан на интернет.
Количество постоянных сотрудников в компаниях экспертов варьируется от двух до трех (включая самого руководителя), рабочий день никак не нормируется, стратегии роста не обсуждаются. Работа есть – и хорошо. Все три компании были основаны в последние два года по причине отсутствия предложений о работе со стороны.

Иллюстрирует ли поведение руководителей этих компаний «откладывающую стратегию трудоустройства», сказать трудно, потому что будущее, отличное от ближайшего, никто из них четко себе не представляет. Создание компаний стало возможным благодаря личным компетенциям руководителей (они же – профессионалы в собственной сфере деятельности) и возможности либо вообще обойтись без стартового капитала, либо начать с крайне скромного.

Одна из приглашенных руководительниц-экспертов работает в области благотворительности – проект ее связан с деятельностью «Ночлежки», пожалуй, самой заметной в городе благотворительной организации. На мой взгляд, своим успехом «Ночлежка» во многом обязана применению западных наработок в этой области. Ничего нового ее работники в этом смысле не выдумывают, но цели перед собой ставят благие и схемы работы используют понятные – отсюда и большое количество молодых сотрудников.

Последний молодой эксперт оказался директором по операционной деятельности бизнес-инкубатора. Некоторая часть аудитории о существовании такого никогда не слышала, но, что интересно, его директор – в отличие от других экспертов – без особого энтузиазма рассказывал о деятельности подконтрольной ему организации (она распределяет бюджетные средства между заявителями инновационных бизнес-проектов). Точнее, вообще не рассказывал, а ограничившись первой фразой из стандартной презентации, отослал заинтересованных лиц на соответствующий сайт.

Я поинтересовалась не только сайтом инкубатора, но и биографией молодого директора. После окончания Северо-Западной академии госслужбы и магистратуры геофака СПбГУ, молодой руководитель начал служебную карьеру в качестве советника проректора СПбГУ по учебной работе, а еще через два года стал руководить операционной деятельностью бизнес-инкубатора. Любопытства ради я ознакомилась также с биографией папы молодого руководителя, обнаружив в ней, как я и ожидала, тот же набор учебных заведений, статус профессора в другом и пятнадцатилетний опыт экспертной работы по стратегиям социально-экономического развития Петербурга.

Этот единичный факт на фоне пестрого портрета российской молодежи показался мне особенно ценным. В смысле прогнозов успешности тех, кто собирается работать в госструктурах. Молодым людям надо понимать, что помимо стремления важно еще и наличие правильного папы. Впрочем, они, вероятно, понимают. Основную массу соискателей, обращающихся в технопарк, эксперт охарактеризовал как прагматиков. «Романтиков, к сожалению, мало», – добавил он.

Справка

Лекторий «Контекст» – интеллектуальная площадка, где ученые и бизнесмены могут встречаться и задавать друг другу удобные и неудобные вопросы. Партнерами проекта наряду с журналом «Город 812» являются: Смольный институт свободных искусств и наук, Госуниверситет – Высшая школа экономики, Леонтьевский центр, Центр независимых социологических исследований, Центр экспертиз ЭКОМ, Агентство бизнес-коммуникаций ZERO и другие.                        

Ольга СЕРЕБРЯНАЯ





‡агрузка...