16+

Новости партнёров

Lentainform

«Уверена, собственники «Стокманна» сами придут к убеждению перестроить здание»

20/04/2011

«Уверена, собственники «Стокманна» сами придут к убеждению перестроить здание»

18 апреля - Международный день охраны памятников. О достижениях и проблемах в деле охране культурного и исторического наследия Online812 рассказала председатель КГИОП Вера ДЕМЕНТЬЕВА.


                  – В каких границах должна быть зона объекта Всемирного наследия ЮНЕСКО в Петербурге?
– В вопросе смешаны понятия объекта и зоны его охраны. Ошибка, укоренившаяся довольно прочно в СМИ. На самом деле все просто. Должны быть установлены границы самого объекта и зоны его охраны. В ЮНЕСКО эти зоны называют буферными. Это защитный пояс, где ограничиваются хозяйственная и строительная деятельность для сохранения ценности объекта. В случае с Петербургом следует учитывать особенность исторического ландшафта, его доминирующую характеристику – горизонтальность панорам.
Наш город в списке Всемирного наследия уже 20 лет.  Номинация – «Исторический центр Санкт-Петербурга и связанные с ним группы памятников». Объект расположен на территории как самого города, так и Ленобласти.
Охрана объекта и управление им – исключительное полномочие РФ и федеральных органов охраны памятников. Однако именно КГИОП с 2004 года настойчиво обращал внимание властей и общественности на состояние документации: отсутствие буферной зоны, запутанность границ, пробелы в перечне компонентов, необходимость имплементации в российское охранное законодательство… Да что там ошибки! Судите сами: в досье объекта утверждается, что Петербург строили «шведские и турецкие военнопленные, финские и эстонские рабочие» (?!)… по проекту Леблона, который «был завершен полностью менее чем за 20 лет».
Конечно, велик соблазн хотя бы на словах реализовать план генерал-архитектора Леблона! Увы, в действительности Леблон явно опоздал со своим городом-крепостью – замыслы Петра Великого были современнее и шире.
Я далека от мысли, что кто-то сознательно фальсифицировал историю. Но устранять-то ошибки надо, а то мы всему миру почему-то именно это решили сообщить. К тому же документацию следует дополнить. Ну кто согласится, что Петербург связан лишь с двумя мировыми историческими событиями – основанием города в 1703-м и Октябрьской революцией?! А где великое противостояние фашизму, самая длительная битва – за Ленинград, его блокада? Закрепить в документации ЮНЕСКО подвиг Ленинграда – наш долг. За 20-то лет можно было это сделать?! Все попытки КГИОП уточнить документацию наталкивались в лучшем случае на непонимание.
Лед тронулся после проведенной Комитетом Всемирного наследия ЮНЕСКО инвентаризации проекта, она выявила многие недостатки. А в 2009 г. город по поручению президента России приступил к уточнению состава объекта и его границ. КГИОП выполнил эту работу и представил аналитический материал федеральным властям и миссии ЮНЕСКО. Кстати, Министерство культуры и Российский НИИ культурного и природного наследия отметили масштабность и актуальность исследования. А 30 сентября прошлого года Совет по сохранению культурного наследия принял мое предложение и утвердил специальную рабочую группу по подготовке всей документации объекта.

- Так все-таки границы объекта охраны сократятся или увеличатся?
– И в этом вопросе отголоски чудовищной путаницы прошлых лет. Ни я, ни Совет не определяли рабочей группе задачу увеличить, уменьшить или оставить в прежних размерах территорию объекта. Дело не в границах – в четком определении: выдающейся универсальной ценностью обладают не группы отдельных архитектурных ансамблей и памятников, а исторический культурный ландшафт и его составляющие как особой разновидности объекты Всемирного наследия.
10 марта и 14 апреля на заседаниях Совета рассматривали проектные предложения рабочей группы. Безусловно, меня радует, что, несмотря на по-настоящему страстную битву различных научных концепций, члены рабочей группы приблизились к финальному варианту. Но спор о границах еще ведется.
Я не единожды на заседаниях цитировала формулировку 1926 года, самую совершенную, на мой взгляд: «Культурный ландшафт формируется на основе природного ландшафта культурной группой. Культура является посредником. Природа – средством. Культурный ландшафт – результатом». Природный ландшафт Петербурга – амфитеатр древнего моря. От естественных границ природного ландшафта и надо отталкиваться.
Наш объект был и остается самым масштабным среди всех городов Всемирного наследия, локализовавших свои исторические центры. Судите сами: Вена – 0,371 тыс. га, Париж – 0,365, Рига – 0,438, Краков – 0,149, Прага – 0,866, а Петербург – свыше 26 тыс. га.

- Объект Всемирного наследия – это охранный статус или только моральный аспект?
– Это важно во всех отношениях. Безусловно, это – международное признание роли Петербурга в истории цивилизации. Продвижение города, повышение его конкурентоспособности, инвестиционной привлекательности, туристских рейтингов. Кроме того, это право на международную помощь в сохранении наследия, участие в различных программах содействия ЮНЕСКО, льготное кредитование реставрации международными организациями и многое другое. И, конечно же, присутствие Петербурга в Списке Всемирного наследия – честь не только для нас, но и для ЮНЕСКО. 

- Для конкретного застройщика будет иметь значение тот факт, что он собирается работать в зоне объекта Всемирного наследия?
– Почему же только для застройщика? Ответственность и обременения равно возлагаются на всех – на власти, застройщиков, собственников жилья (в том числе в многоквартирных домах-памятниках), на арендаторов… Есть и чисто российская особенность: объекты Всемирного наследия не подлежат приватизации, земли их территорий ограничены в обороте и не могут быть отчуждены из госсобственности. 

- Это в каких-то документах будет прописано?
– Это уже существует. В Земельном кодексе, в Федеральном законе №73-ФЗ «Об объектах культурного наследия…». Понятно, что это не международная норма. Следует составить список объектов, не подлежащих отчуждению из госсобственности. В противном случае нарушителями являются все, в том числе и те, кто приватизирует жилье в историческом центре.

- А какой орган должен следить за исполнением всего этого?
– Государственная охрана и управление объектом Всемирного наследия – исключительное полномочие России и федеральных органов охраны памятников. Тем более, наш объект расположен на территории двух субъектов. Для управления требуется единый орган. Или высочайшая степень координации действий.

– То есть вы не считаете правильным, чтобы управление объектом отдали какому-то федеральному органу вроде преобразованной Росохранкультуры?

– Это – дело Российской Федерации. Только следует четко разделить полномочия, чтобы избежать дублирования, чехарды с перераспределением обязанностей. В 2005-м у всех региональных органов охраны памятников изъяли полномочия по госконтролю и охране объектов культурного наследия федерального значения, в 2007-м лишили права их финансирования. И что – привлечено больше средств? Обеспечена паспортизация федеральных объектов культурного наследия? Уточнены предметы охраны? Готов реестр? Нет. В 2008 –2009 гг. часть объектов федерального значения вернулась в наши полномочия. Отмечу: в том же состоянии.
Что получили? Трагедию Троицкого собора, проблему Никольского рынка, разрешение на строительство мансарды на доме Лобанова-Ростовского… Кстати, да будет вам известно, уменьшение высоты мансарды «дома со львами» – это решение нашего губернатора, а не запрет Росохранкультуры, она-то согласовала проект.

– А история со 120-метровым небоскребом на месте кинотеатра «Зенит» в Московском районе? Там Росохранкультура оказалась на высоте, отказалась согласовывать проект.

– Вот именно, на высоте. На 120-метровой. Вот вы сейчас на каком основании это утверждаете? Вы видели историко-культурную экспертизу, согласованную Росохранкультурой (не КГИОПом!)? Запросите, не поленитесь. Тогда и вернемся к этой теме. Там «полный порядок» – можете строить 120-метровый объект в охранной зоне! Именно это и согласовали.
– Было ли для вас сюрпризом появление постановления правительства РФ № 2 от 10.10.2010 о порядке согласования градостроительной документации для городов – исторических поселений? В результате Валентина Матвиенко написала письмо с просьбой исключить Петербург из списка исторических поселений, что вызвало скандал.

- Сюрпризом не стало ни само постановление, ни спровоцированный скандал. Историческое поселение – это понятие! И 59-я статья Закона «Об объектах культурного наследия…» так и называется – «Понятие исторического поселения…». Четко сказано: в границах территории исторического поселения расположены объекты культурного наследия и ценные градоформирующие объекты. Итак, историческое поселение – это понятие и прямая норма закона, не требующая составления каких-то списков. Кстати, список видели? 41 город – без Москвы, Новгорода, Пскова и еще сотен незаслуженно забытых городов.
А «особое градостроительное регулирование» исторических поселений на деле означает соблюдение законодательства об объектах культурного наследия и режимов в зонах их охраны. Дополнительное согласование должно быть оперативным, только в случаях отклонения от ранее установленных режимов, и все. Иначе зачем тогда ранее согласовывался с Росохранкультурой проект зон охраны? И какая роль отведена региональным органам? Вместо того чтобы вернуть нам право согласования проектной документации, КГИОП «наградили» правом почту отправлять!
Исключить из понятия невозможно. И в письме губернатора речь не об исключении из перечня исторических городов, а из перечня обязанных присылать на согласование всю градостроительную документацию. Почему это нам такие поблажки? Да потому что Петербург первым в стране утвердил режимы (т.е. правила хозяйственной и строительной деятельности) в зонах охраны памятников. За нами – Ярославль, завершает работу Новгород. А следует обязать другие исторические города создать такие документы.

- В каком состоянии находятся переговоры с федеральными органами об изменении постановления?
– Переговоры велись в департаменте Правительства РФ с участием замминистров регионального развития и культуры, представителей Генпрокуратуры. Затем – у министра культуры. Позиция Петербурга поддержана: проблема поднята правильно и своевременно. Ныне речь о корректировке постановления Правительства РФ № 2 и внесении изменений в статьи 59 и 60 Федерального закона № 73-ФЗ.
С 10 октября 2010 года вся градостроительная документация должна направляться в федеральный орган охраны памятников. Разработчики проекта постановления № 2, видимо, не осознавали, что она собой представляет. Это тома (!), «тянут» порой на 4 – 5 кг, а посылать их следует в двух экземплярах! Одна только опись документов – более 700 страниц! Первую партию (это отклонения от ПЗЗ) Комитет по архитектуре уже отправил. Вторая – свыше 400 кг.
Надеюсь, разум восторжествует. Отправлять будем лишь ту документацию по зонам охраны объектов культурного наследия, которая действительно имеет отклонения от согласованного Росохранкультурой проекта.

- Значит, у вас сейчас нет полномочий контролировать застройщиков?
– Что значит «сейчас»? С 2007 года региональные органы лишены права согласования проектов нового строительства и реконструкции в зонах охраны. В наших полномочиях – только рассмотрение проектной документации по самим объектам культурного наследия. И то далеко не по всем.

- А какие проекты тогда сегодня рассматривает КГИОП и Совет по культурному наследию?
– Речь о новом строительстве или реконструкции? Это добровольные обращения застройщиков, которые проявляют свое уважение к городу, приходят и просят проверить проект – соответствует ли он закону о режимах зон охраны.

- Если Росохранкультура не выдает согласований, значит, должен наступить строительный коллапс?
– Коллапс не коллапс, а чудовищная путаница уже возникла. Прибавьте к этому еще и время, потерянное на пересылку документации, на ее рассмотрение. А с точки зрения охраны наследия и вообще ничего не дает.

- Раньше в городе составляли списки градостроительных ошибок, а сейчас как-то это дело заглохло.
– Вы имеете в виду «губернаторский список» – тот, что впервые представлен на Совете по сохранению культурного наследия в декабре 2005-го? Слава богу, он не множится. И не только из-за некоторой стагнации строительных процессов, но и благодаря предпринятым властью усилиям по их урегулированию. 

– А что делать со «Стокманном» на углу Невского и Восстания?

– Вновь построенное не существует вечно, вносятся изменения, приходят, наконец, капремонты… Уверена, собственники не только под давлением общественности, но и сами придут к убеждению: перестройка частей объекта, выходящих на Невский проспект, необходима!

- Вы не имели возможности воздействовать на этот объект?
– Понимаю, к чему клоните. Поиск виновных. Только КГИОП на самом деле был ни при чем. И в 90-х годах его согласования немного стоили и не очень-то учитывались.
Имела ли лично я возможность воздействовать? Были переговоры и с архитектором Юрием Земцовым, и с застройщиками. Юрий Исаевич даже утверждал, что откажется от проекта. Вносил поправки в проект главный архитектор Петербурга Юрий Митюрев. Конечно, локальные изменения привнесли некоторое улучшение, но не существенное. Добавлю, что попытки изменений проекта со стороны КГА и КГИОП, на которые пошел застройщик, основаны на его доброй воле. Ревизовать весь проект, который согласовывался в прежнем правовом поле без нарушений правил, существовавших на тот момент, означало бы только одно – превышение полномочий, и оно легко было бы доказано в суде. 

- А что с Фрунзенским – не будут сносить?
– Фрунзенский универмаг – объект культурного наследия, пусть пока и в статусе выявленного. КГИОП не менял своих позиций. Ни акты об аварийности, ни выводы историко-культурной экспертизы нашим комитетом согласованы не были. И собственник, и проектирующая организация с российской стороны (а прежде и архитектор Фостер) проинформированы: Фрунзенский универмаг не сносится!

- У вас есть специальный штат сотрудников, который контролирует, насколько адекватны действия застройщика?
– Скажу откровенно. Если бы не КГИОП, сегодня город имел бы другой облик. Все разговоры о новом строительстве обычно начинаются с попытки сносов существующих зданий. Под предлогом аварийности. Каждый сотрудник комитета на своем месте предотвратил столько этих попыток – не хватит места для перечисления! Эта часть работы, как правило, скрыта от глаз общественности. КГИОП выдал запрет на снос Каменноостровского театра, дома на Большой Подьяческой, 1 – 3, на Константина Заслонова, 8, на Каменноостровском, 66, флигелей особняка Кочубея на Фурштатской… Предотвратили застройку парка «Мариенталь» и Баболовского парка, строительство спорткомплекса в Александро-Невской лавре, застройку территории теплиц Таврического сада и многое другое. А уж сколько отказов в возведении мансард на зданиях-памятниках, сколько «зарублено» проектов устройства подземных паркингов, в том числе под Марсовым полем, Михайловским садом, Исаакиевским сквером, Троицкой площадью…

- Что вы считаете достижениями КГИОП в последнее время?
– Действительно впечатляют успехи реставрации. Это подтверждает и тот факт, что Петербург – единственный экспонент в истории престижной европейской выставки «Denkmal», получивший «золото» три раза подряд. Высокий уровень стандартов реставрации в нашем городе отмечен и Миссией Центра Всемирного наследия ЮНЕСКО. Не буду вас утомлять перечислением сотен отреставрированных за последние годы памятников. Говоря о достижениях, обращу внимание на другую сторону вопроса: финансируемые правительством реставрационные программы – это еще и тысячи рабочих мест, а в реставрации большей частью востребованы специалисты высокой квалификации, это – местные кадры. Плюс к тому дан импульс развитию производства реставрационных материалов и оборудования. Местные кадры, местные доходы, местные налоги – главный позитивный фактор любой отрасли и это реальные достижения реставрационной отрасли Петербурга. Причем отрасль создана исключительно за счет госвложений, большая часть их – из городского бюджета.

- А на уровне законодательном вы все решили?
– Начнем с того, что базовые принципы закреплены в разработанной КГИОП и принятой городским правительством в 2005 г. «Петербургской стратегии сохранения культурного наследия». Почему-то от внимания общественности все время ускользает тот факт, что это именно правительство города и лично губернатор Валентина Матвиенко впервые ввели термин «градостроительные ошибки», признав таковыми самые одиозные и грубые новостройки в историческом центре. Это произошло на памятном заседании Совета по сохранению культурного наследия 2 декабря 2005-го. Почему появились ошибки? Тогдашнее законодательство не учитывало основополагающих понятий, как целостность городских пространств, панорама, силуэт, и это развязывало руки вольным или невольным нарушителям. Для предотвращения бесконтрольного вмешательства в историческую ткань города в 2004 году принят временный высотный регламент – первый шаг в создании новой законодательной базы.
Но годом настоящего прорыва в законотворчестве стал 2009-й – был принят разработанный КГИОП единственный на тот момент в России региональный закон о сохранении как самого наследия, так и зон его охраны, он расширил и конкретизировал многие положения федерального закона с учетом уникальной специфики Петербурга. Впервые в стране «силуэт», «панорама», «открытое городское пространство» стали не искусствоведческими терминами, а юридическими понятиями. Закон «О границах зон охраны…» регулирует всю хозяйственную деятельность на огромной территории с исторической застройкой. А в настоящее время продолжается непростая работа по внесению изменений в Федеральный закон № 73-ФЗ «Об объектах культурного наследия».

- В КГИОП есть программа реставрации фасадов, но есть ли смысл делать фасады, если все остальное в здании будет в прежнем состоянии?
– Все разом привести в порядок невозможно. Зимние сезоны показали, как неграмотная эксплуатация может свести на «нет» усилия реставраторов. Кровли в своем большинстве не подлинные, следовательно – не предметы охраны. Однако это – защита здания от разрушения. За поддержание здания в пригодном к эксплуатации виде отвечают обслуживающая организация, собственники объекта. Но в этом году по указанию губернатора мы будем не только реставрировать фасады – вести непрофильные работы: ремонт кровель, стропил, обрешеток.

- Много крыш собираетесь отремонтировать?
– Часть работ за КГИОП, часть – за районными администрациями. В программе комитета на 2011 год – 25 крыш.

- Вы имеете право требовать от организаций, обслуживающих здания-памятники, чтобы они их качественно эксплуатировали?
– Это право, кстати сказать, у КГИОП обжаловалось. Но в Высшем арбитражном суде мы его отстояли. С принятием Жилищного кодекса бремя содержания общего имущества в многоквартирном доме несут собственники помещений. Если не удовлетворены работой управляющей компании, они вправе расторгнуть договор с ней, выбрать другую. Проблема в том, что не все научились быть грамотными собственниками.

- Программа по фасадам уже сформирована?
– В историческом декоре – 143 объекта. КГИОП в реставрации 2011 г. сосредоточивает усилия на зданиях-памятниках повышенной категории сложности, с насыщенным декором, мозаикой, натуральным камнем... По остальным объектам, в том числе не памятникам (а их значительно больше), заказчиками выступают районные администрации и другие комитеты.

– Жильцы финансово не участвуют в этой программе?

– Этот вопрос нам часто задают. И мы неизменно говорим: реставрация – дело дорогостоящее, но, как и в прошлые годы, с жильцов многоквартирных домов, которые реставрируются по губернаторской программе «Фасады Санкт-Петербурга», не взыскивалось и не будет взыскиваться никаких компенсаций. Это принципиальная позиция губернатора.                           

Сергей БАЛУЕВ





‡агрузка...