16+

Новости партнёров

Lentainform

Вера Дементьева: «Я убеждена, что КГИОП прав почти всегда»

26/10/2011

Вера Дементьева: «Я убеждена, что КГИОП прав почти всегда»

В конце прошлой недели официально подтвердились слухи о смене руководителя КГИОП. Теперь уже бывший глава Комитета по охране памятников Вера Дементьева подводит итоги восьмилетней работы.


                    Об освобождении от должности

- Срок моего контракта истек 23 августа, с момента сложения полномочий губернатора В. И. Матвиенко. Для меня лично уже тогда была поставлена точка и существовали планы работы на новом месте, не связанном с Петербургом. И сотрудникам КГИОП ситуация была ясна уже тогда. Я искренне их благодарю за весь период работы, особенно – за последние три месяца, за то, что КГИОП не превратился в «хромую утку». Не было у них мыслей: «а это пусть уже решает следующий председатель». А я отработала ровно столько, сколько нужно было новому губернатору для подбора кандидатуры на пост председателя. Конечно, настроение сейчас сложное – все-таки восемь лет кропотливой работы, зачастую включая и выходные и отпускные дни (к слову, у меня накопилось их более 150). Что бы там ни было, знаю: буду скучать по дорогим моему сердцу сотрудникам. Ведь даже самые яростные критики признают, что КГИОП – лучший орган охраны памятников в России.

О давлении застройщиков и градостроительных ошибках

Однажды я дала задание сотрудникам составить перечень объектов, снос которых они лично предотвратили, и отклоненных проектов. Добавила к этому списку те проекты, реализацию которых не допустила сама. Прикинула эти адреса на карте города и осознала: в противном случае лицо Петербурга уже сейчас бы изменилось разительно. Это при том, что с 2007 года федеральное законодательство допустило, на мой взгляд, серьезнейшую ошибку: оно лишило региональные органы права контроля за реализацией проектов в зонах охраны. Но КГИОП, даже не имея особых инструментов влияния на процессы нового строительства, никогда не снимал с себя ответственности. А уж сколько проектов мы «вытянули»…

Бывает, застройщики, особенно с большим опытом и хорошей репутацией, приходят в комитет с проектом. Посоветоваться, как сделать лучше (впрочем, не всегда советам следуют). Что удивительно, даже коренные петербуржцы зачастую искренне не понимают претензий КГИОП и значимости исторической застройки! И это добродушное непонимание бывает страшнее намеренного вандализма. Случается и самоуправство.

Градостроительные ошибки… Напомню, сам этот термин впервые был озвучен губернатором Валентиной Матвиенко на Совете по сохранению культурного наследия в зале Смольного 2 декабря 2005 г. А уж много позже точка зрения cовета была признана и использована не только активистами охраны памятников, но и самой широкой общественностью.

Внедрение нового строительства в историческую среду – всегда проблема. Конечно, проще взять за принцип стилизацию и «не высовываться». Но это – не искусство, а искусству архитектуры подвластно многое. При этом у нас, к сожалению, отсутствует культура работы с материалами: архитектор сделает красивый проект, а на практике выходит полное безобразие – именно из-за хамской работы с материалом. Особый предмет моего неприятия – мансарды. Они «царапают» глаз. С одной стороны, нет ничего опаснее для дома, чем заброшенный чердак, с другой – мансарды категорически неприемлемы на зданиях эпохи, например, классицизма. А проклятие белых велюксов! Но, думаю, оно уйдет в прошлое просто потому, что практичный человек поставит деревянные рамы, ведь пластик «летит» уже через 10 – 12 лет.

О критике КГИОП

Считаю, она должна быть! Но когда говорят об утрате доверия – так ведь и я не доверяю этим людям, и имею на то основание.

Открою тайну: среди многих моих коллег бытовало мнение, что я «кошмарю» администрацию, а некоторые даже убеждены, что «Живой город» – мое порождение. Нет, я не соорганизовывала теперь уже многочисленные градозащитные движения! Но совершенно сознательно прикладывала большие усилия, чтобы обозначить проблемы, сделать нашу сферу публичной, привлечь к ней внимание, в том числе и СМИ. Многие скандалы, если честно, намеренно вызывала на себя. То обстоятельство, что на протяжении ряда лет мы на пике общественных обсуждений, в том числе и критики, меня скорее радует – для нашей сферы, безусловно, главной опасностью является общественное безразличие. Так какая может быть обида?

Вообще, я убеждена, что КГИОП прав почти всегда – ведь нас ругают как застройщики, так и противники нового строительства. Время рассудит.

О работе с градозащитной общественностью

К нашей сфере примыкают, в большинстве своем, весьма харизматические личности. Страсти кипят, такой «прекрасный и яростный мир». Но у тех же градозащитников далеко не всегда единое мнение. А кто-то ведь должен брать на себя ответственность принятия решений! Нам еще надо учиться слушать друга, не оскорбляя и не навешивая ярлыки. Сложить взгляды, примирить, подвести к консенсусу – вот это работа.

Никого не хочу обидеть, но, думаю, процент коррумпированных чиновников не превышает процент, например, продажных журналистов, и это касается, наверное, любого профессионального сообщества.
На прощальной встрече с членами cовета я сказала: за Сокурова держитесь. Александр Николаевич посещал объекты реставрации, я внимательно смотрела на него и совершенно убеждена, этот человек тонко чувствует фальшь. Да, он не должен разбираться в узкопрофессиональной специфике реставрации, но его никогда не подведет чутье художника. И если Сокуров уйдет с этой площадки –  будет досадно.

О путях развития исторического мегаполиса

Думаю, сейчас они и определяются. У Петербурга есть шанс защитить не только признанные государством памятники, но и историческую застройку, иными словами, сохранить симфоническое звучание исторического центра, а не только мелодии его отдельных ансамблей.

Сносы в исторической части? Мы оказались в таких условиях, при которых я была постоянно вынуждена оправдываться. До 2009 года в прежнем правовом поле можно было делать практически все, что угодно. Но КГИОП же не имеет к этому отношения. Трепыхались, пытались воздействовать по мере сил, не всегда удачно, но я поощряла такую инициативу.

«Петербургскую стратегию сохранения наследия» 2005 года читали, наверное, многие. А почему мы ее писали, знают не все. Мы сочли необходимым создать своеобразную хартию властей, горожан и бизнес-сообществ по принципиальным вопросам: что мы охраняем, для чего и от кого. Согласитесь, это было сильное заявление и очень своевременное. Огромный успех я вижу в том, что многие ее месседжи уже приведены в жизнь: это и реальное осознание постулата «ценность – в подлинности», и переход на практике от пообъектной охраны к градостроительной, и масштабные реставрационные программы, и существенный прорыв в нормотворчестве. Хотя законодательство в сфере сохранения наследия по-прежнему очень слабо, и здесь моему преемнику еще придется приложить немало усилий к его совершенствованию, в первую очередь к 73-му Федеральному закону.

Безусловно, споры будут всегда. Но закон не должен допускать толкований, зыбких категорий «красиво – некрасиво», «нравится – не нравится», в нашей работе категорически нельзя руководствоваться личными вкусами, они могут быть ошибочны.

О реставрации

До сих пор сама понять не могу, как мы осилили первые годы фасадной программы. Три вице-губернатора выражали сомнение, что «слабенький» КГИОП сможет одолеть такие объемы работы. Одолели. И это при том, что я никогда не билась за увеличение бюджета – скорее наоборот, Валентина Ивановна была готова выделять гораздо большие суммы на реставрацию. Но мы всегда честно рассчитывали свои реставрационные и организационные мощности.

В 2003 году ситуация на реставрационном рынке была тяжелая. Первые деньги пошли только к 300-летию города, соответственно, практиковались «датские», авральные реставрации. Наш Союз реставраторов приложил немалые усилия, чтобы добиться высокого качества работ. Вы думаете, «золото» за рубежом просто так дают? Не открою тайны, если скажу, что на таких престижных реставрационных площадках, как германский «Denkmal», Россия отнюдь не в приоритете.

Подводя некие промежуточные итоги, отмечу, что заслуги комитета неоспоримы. Три с половиной тысячи отреставрированных за восемь лет объектов – сама цифра говорит об этом. Моя концепция – чем больше отреставрируешь, тем меньше будет сносов – себя оправдывает. Хотя не устаю повторять: я не поклонница «хирургических» реставраций, убеждена в результате реализованных программ, что приоритет должен быть за щадящим консервационным уходом. Вовремя счищать снег, чинить свесы, карнизы, водостоки, промывать фасады – все это не так дорого, как реставрация, но очень эффективно – и для сбережения подлинности памятника, и для экономии средств.

О специфике руководства КГИОП

Кто должен руководить органом охраны памятников? Искусствоведы или архитекторы? Споры идут без конца. Как говорят французы, это зависит. По своему опыту могу судить: профильное образование обязательно должно быть. Я пришла с достаточным багажом знаний, до того занималась реставрацией (кстати, за собственные деньги, так что хорошо знала, что почем), работала в области охраны памятников и в должности уполномоченного d Министерстве культуры СССР, и все равно входила в тему около полутора лет – с активной помощью сотрудников КГИОП.

А наш Совет по сохранению культурного наследия хорош, на мой взгляд, как раз тем, что он не является узко специализированным, в него входят профессионалы из разных областей, и поэтому он в целом способен к философскому, мировоззренческому подходу к той или иной проблеме, и в этом сила его традиции.

Кстати

С 2003 по 2011 год в Петербурге предотвращен снос Каменноостровского театра, домов: Злобина на Большой Подьяческой, 1 – 3, Козлянинова на ул. Писарева, 10, лит. В, Дворжака на наб. Крюкова кан., 28 лит. А и Фокина на Мясной, 3 , комплекса казарм лейб-гвардии Измайловского полка, Фрунзенского универмага, фортов Константин и Александр, флигелей особняка Кочубея на Фурштатской.

Отклонены: проект строительства спорткомплекса в Митрополичьем саду Александро-Невской лавры, проект Никольских рядов, мансарда на доме Лобанова-Ростовского; предложения по устройству подземных паркингов под объектами культурного наследия «Марсово поле», «Старо-Манежный сквер», «Сквер на пл. Революции» (Троицкая площадь), «Сквер Исаакиевский», «Михайловский сквер».

Справка

С 2004 по 2011 г. под контролем КГИОП проведена реставрация более 3,5 тысячи объектов культурного наследия. К 2011 году число аварийных объектов сокращено до 342 (в 2004-м в фазе разрушения находилось 1317).

С 2005 по 2011 г. за счет средств городского бюджета выполнены фасадные работы в более чем 1800 адресах (в том числе более 820 зданий-памятников). Из них более половины – по программе КГИОП.                            

Ксения ЧЕРЕПАНОВА




Медицинские центры и клиники, где можно сделать МРТ в Киеве
Поразите гостей и оставьте впечатление на долгие годы - Организация праздников в Москве

‡агрузка...