16+

Новости партнёров

Lentainform

Почему надо идти на выставку Максима Кантора

03/07/2012

20 июня в Мраморном дворце (отдел новейших течений Русского музея) открылась персональная выставка Максима Кантора – российский этап многомесячного марафона по главным музеям мира.


                 Интересно (и, разумеется, хорошо) то, что выбор инициаторов международного канторовского проекта пал в его российской части именно на Русский музей, а, скажем,  не на Третьяковскую галерею:  живопись и графика всемирно признанного художника приходят в нашу страну с Запада –  приходят из-за бугра, из-за незримой, однако бесспорно существующей крепостной стены.

Я бы сравнил эту выставку с троянским конем – только втащите его к себе, и мало потом не покажется никому. Один из восторженных поклонников художника уже призвал москвичей ехать в Петербург специально на Кантора и пообещал каждому, кто окажется разочарован, возместить соответствующие расходы. Впрочем, и в московской Трое живут хитроумные люди – горе-кураторы, горе-артдилеры, горе-арткритики и, естественно, горе-художники – и они изо всех сил постараются эту выставку не заметить.

Максим Кантор (род. в 1957 г.) происходит из патрицианской еврейской семьи, имеющей аргентинские корни. Его отец Карл Кантор и его старший брат Владимир Кантор – известные философы, его дед-коммунист был испаноязычным драматургом. В круг друзей дома входили многие блестящие умы ХХ века, в том числе воистину великий Александр Зиновьев. Здесь, по словам самого Максима Карловича, всегда царила атмосфера «долгого думания» - и это было, конечно же, думание обо всем. Как выразился на склоне дней один великий физик: «У меня было мало оригинальных мыслей. У меня, строго говоря, была одна-единственная оригинальная мысль, но заключалась она в том, что все остальные мысли человечества еще не додуманы до конца».

Вот эту-то  – единственную оригинальную мысль – и перенял художник, прозаик, драматург, поэт и политический публицист Максим Кантор, ее-то он и думает в своем уникально разнообразном, особенно по меркам наших дней, но внутренне едином творчестве, - и в рисовании, и в знаменитом «Учебнике рисования», и в практически ежедневных историософских, острополитических и нравоучительных «статусах» в Фейсбуке. 

Энциклопедически образованный человек (причем всё, что нужно знать, разложено у него в мозгу по атомному весу и нерасторжимо взаимоувязано – это такая индивидуальная таблица Менделеева), он ведет себя не то чтобы вызывающе дерзко или тем паче скандально, но как воистину свободный человек, как гражданин античного полиса, как средневековый барон (само слово «барон» по-немецки буквально означает «свободный господин»), как могущественный художник эпохи Возрождения, - и сама эта свобода творческого поведения и литературного высказывания воспринимается в жуликоватом и трусоватом (чтобы не сказать – жульническом и трусливом) интеллектуально-артистическом постсовке как вызов, как скандал, как перманентное покушение на холопские, новорусские или «глобально-русские» (на самом деле все это – одно и то же) священные устои. Представитель высшего слоя элиты по способу мышления и существования, Кантор исповедует идею справедливости – и социальной справедливости, и вместе с тем справедливости меритократической (то есть воздаяния каждому по заслугам), - а правящая у нас бал литературно-художественная, да и медийно-публицистическая мафия придерживается идеи социал-дарвинизма: «Умри ты сегодня, а я лучше завтра», да, вдобавок, умноженной на вечное кумовство и коррупцию, - что ж удивляться, скажем, тому, что ничтожные по определению мелкие нувориши всей стаей мелких хищников набросились на него на страницах «Сноба» - и в конце концов изгнали. И это было далеко не первое в его жизни изгнание.  

На первое из таких изгнаний Кантор ответил монументальным двухтомным романом «Учебник рисования», сразу прославившим его и в литературной среде. Разумеется, ни содержание, ни значение этого романа никак не сводится к убийственной, а вернее убойной, издевке над валютными проститутками и вокзальными наперсточниками, какими узнаваемо представлены здесь многие современные художники, арткритики и кураторы. «Учебник рисования» - и по полифоничности замысла, и по масштабности исполнения – единственно достойная реплика на «Зияющие высоты» все того же Александра Зиновьева: мир таков, как он есть, это не хорошо и не плохо, но для тебя, читатель, главное состоит в том, чтобы осознать, что мир именно таков. Сними розовые очки – даже не потому, что они розовые, а потому что мутные, сколько ни протирай. Или позволь мне, художнику, протереть их для тебя. Ну, а если для этого потребуется протереть их до дыр – тем лучше для тебя. Потому что черную работу долгого думания я проделаю за тебя. Вечно кровоточащими руками и сквозь не видимые миру слезы… Строго говоря, точь-в-точь такова и живопись Кантора. Такова – и об этом.

Борис Пастернак, рассуждая о поэтическом переводе  раздраженно заметил: «Подобно мастерам прошлых веков, я ставлю перед собой задачу, по высоте понимания не оставляющую места для увлечений языковедческих». Маяковский выразился еще проще: «Любить – это с простынь, бессонницей рваных, срываться, ревнуя  к Копернику, его, а не мужа Марии Ивановны, считая своим соперником». Как раз о любви как о движущей силе творчества говорил на открытии своей петербургской выставки Максим Кантор.

И к Копернику он, разумеется, ревнует тоже – это и означает для него любить. Хотя куда больше он ревнует, естественно, к Микеланджело. И к двум великим немецким художникам Позднего Средневековья – к Франкфуртскому мастеру и к Нюрнбергскому мастеру. А отнюдь не к Георгу Гросцу, Отто Диксу и Оскару Кокошке и прочим экспрессионистам, имена которых не раз звучали уважительным шепотом на открытии выставки.

Пафос экспрессионизма – в ужасе перед миром и в предощущении близящегося конца света. Пафос творчества Кантора – в бесстрашном и беспощадном осознании реальности. Именно поэтому он не запоздалый экспрессионист, а пришедший вовремя реалист. Впрочем, подлинный реализм приходит вовремя всегда и повсюду.                       

Виктор ТОПОРОВ



‡агрузка...

Медицинские центры и клиники, где можно сделать МРТ в Киеве