16+

Новости партнёров

Lentainform

«Если архитектура – это застывшая музыка, то Мариинка-2 - это застывшая какофония»

21/09/2012

«Если архитектура – это застывшая музыка, то Мариинка-2 - это застывшая какофония»

Инвесторы и архитекторы решили изуродовать одно из ключевых зданий на Театральной площади (ул. Глинки, 4 / Театральная пл., 14). Это, как и завершающееся возведение второго здания Мариинского театра (МТ-2), заставили меня изучить территорию Театральной площади и осмыслить, что уже здесь натворили и что собираются натворить в ближайшем будущем.


             Застывшая какофония

На втором здании Мариинского театра работы не завершены, но стены и кровля установлены, отделка стен снаружи сделана. Поэтому можно подвести итоги того, что получилось. Если архитектура – это застывшая музыка, то МТ-2, творение неизвестного архитектора, – это застывшая какофония. Если передавать эмоциональное впечатление – построено нечто неуместное и чудовищное по бездарности. Думаю, что те умельцы, построившие где-то в Канаде торговый комплекс с театральным залом внутри, которые поначалу соглашались дать свои фамилии МТ-2, от этого итога открестятся, и здание останется безавторским, как египетская пирамида; анонимно-народным – в том смысле, что масса всякого народу, начиная с маэстро Гергиева, внесла свой вклад и нанесла Петербургу пользу.

Прежде всего, несуразны объем и высота, причем если смотреть со стороны Театральной площади – от памятника М. И. Глинке, от Консерватории, то теперь фоном исторического здания МТ-1 стал параллелепипед МТ-2. Раньше чеканный контур Мариинского театра (архитекторы А. К. Кавос, В. А. Шретер, памятник культуры федерального значения) смотрелся на фоне неба – теперь на фоне практически глухой стены. Наплевали на все это.

Если же смотреть на МТ-2 со стороны ул. Декабристов, то в ряду стоящих тут зданий оно смотрится чужеродно стилистически и в полтора-два раза выше, чем того требует градостроительная ситуация. Здесь совершенно иной масштаб домов, иной ритм.

Полтора года назад на страницах журнала Online812 (2011, № 6) состоялось обсуждение проекта Мариинки-2. Была опубликована картинка проекта: на ней карниз МТ-2 был примерно на уровне карниза двухэтажного здания, которое стоит возле МТ-2 на углу Минского пер. и ул. Декабристов. Я еще тогда удивился небольшой высоте МТ-2. Но теперь все стало видно: картинка была ложью, на самом деле все не так, реально построенный МТ-2 в разы выше и полностью задавил дом на Минском пер. Кстати, дурные примеры заразительны: МТ-2 еще не достроили, а уже «омансардили» дом 40 по ул. Декабристов, «улучшив» его жуткой конструкцией на крыше.

Кроме того, зрительную изжогу вызывает вид гигантской (по высоте и по длине вдоль фронта) стены МТ-2, которую убогие стеклянные врезки (эркеры) по бокам (со стороны Крюкова канала и Минского пер.) и вертикальные прорези не оживляют, более того, они раздражают своей унылой симметрией. Здание и без того слишком тяжеловесно, громоздко и статично, асимметрия могла хоть как-то динамизировать образ, но для этого нужны были профессиональные архитекторы, а их, судя по результату, не было. Кстати, сами эркеры удивительно напоминают фасад Дома быта на углу ул. Декабристов и Лермонтовского пр., который собираются снести, а на этом месте построить новое здание с наземным павильоном станции метро «Театральная».

С тех точек Театральной площади, с которых видны сразу и две Мариинки- старая и новая, в глаза бросается контраст формы и бесформенности. В том смысле, что у МТ-1 архитектура, а у МТ-2 простое инженерное решение: гигантский параллелепипед, занимающий в плане целый квартал. Если проект Доминика Перро архитектуру подменял дизайном, то теперь решение стало архипростецким: призма, у которой все грани – прямоугольники. Да, есть для оживляжа эркеры и прорези окон, но они не компенсируют давление гигантских по площади гладких стен. Видно, что архитектор здесь не работал, а работал инженер из строительного отдела.

Нагромождение на крыше параллелепипеда в виде гигантского круглого барабана, лестниц, открытого фойе и прочей суеты дела не меняют, потому что с узкой улицы Декабристов и с площади всего этого из-за огромной высоты МТ-2 просто не видно. Это видно только с крыш домов. А также на рисунке и макете. Но с тех точек, откуда на здание обычно смотрят люди, всего этого увидеть нельзя. Для этого здание должно было быть двухэтажным – так, как было показано на изначальном эскизе, опубликованном в журнале Online812 28 февраля 2011 г. Правда, в журнале было оговорено, что «представленное архитектурное решение еще окончательно не утверждено и в нем возможны небольшие изменения», но если под «небольшими изменениями» понимать увеличение высоты по карнизу в 2 или в 3 раза, то о чем тут еще говорить?

Кстати, в том же номере журнала была опубликована и другая картинка: на ней здания по Минскому переулку вообще не было, жилой квартал и бассейн были снесены, а на их месте проходил широкий бульвар и росли деревья. Понятно, что это были фантазии, но из них следовало, что авторы картинок отлично понимали: для того здания МТ-2, которое возвели, нужна радикально иная градостроительная ситуация. Которой нет и не будет. Т.е. для гигантского здания нужен простор, а его нет.

Кстати, особо отмечу облицовочную плитку на стенах – что-то убогое, бедное, дешевое, напоминающее то ли подземный переход, то ли общественную уборную. Могу лишь предположить, как такая плитка тут появилась: в проекте была одна, ее вписали в смету, но дальше выбирали более дешевый облицовочный материал, чтобы сэкономить.

Страшное впечатление оставляет мост через Крюков канал, соединяющий МТ-1 и МТ-2.


«Если архитектура – это застывшая музыка, то Мариинка-2 - это застывшая какофония»

Мост, соединающий МТ-1 и МТ-2

Напомню, что 17 января 2002 г. состоялось историческое обсуждение двух проектов американского архитектора Эрика Мосса: МТ-2 и реконструкции «Новой Голландии». Мосс предлагал тогда нечто несуразное, в частности, вход в МТ-2 сделать со стороны пр. Римского-Корсакова, организовав там новую площадь, для чего снести жилые здания вдоль Крюкова канала не до ул. Союза печатников (как это и сделали), а до пр. Римского-Корсакова. Разумнее всех высказался тогда председатель КГИОП Никита Явейн. Он, в частности, огласил итог двух заседаний Научного совета по охране культурного наследия: «1) Возможен снос всех зданий, кроме фрагмента Литовского рынка Джакомо Кваренги. 2) Следует сохранить визуальную связь с Никольским собором по Крюкову каналу. 3) Высота 30 м по фасаду, 40 м в глубине. Санкт-Петербург – не город небоскребов».


«Если архитектура – это застывшая музыка, то Мариинка-2 - это застывшая какофония»

Рынок «Кваренги» из красного кирпича

В итоге нарушено все, о чем говорил тогда Явейн. Ничего более вульгарного, чем уже сделанный мост между МТ-1 и МТ-2, придумать было нельзя. Прежде всего, он нарушил зрительную связь с колокольней Никольского собора, причем сделано это двумя штангами или толстыми тросами, которые укреплены на стене МТ-2 и на мосту. Очевидно, опоры у моста со стороны МТ-1 нет – возможно, там негде опору делать, возможно, нагрузка на почву или стену может разрушить историческое здание Мариинского театра, которое и так трещит по швам. Ванты или штанги зрительно перечеркивают перспективу на колокольню. Так можно спроектировать только мостовой переход между цехами металлургического завода.

Что же до фрагментов Литовского рынка, то с ними расправились строители еще на первом этапе работ, как бы ненароком их обрушив, а теперь гастарбайтеры – я это наблюдал – возводят муляж из новенького красного кирпича. Хотя вначале планировалось использование старых кирпичей, которые якобы сохранились, но, видимо, на самом деле их давно нет. Кроме того, фрагмент рынка ставят не на историческом месте – он был внутри квартала, – а заново возводят возле наружнйо стены, потому что понятия «внутри квартала» уже нет – весь квартал накрыл гигантский параллелепипед. Останется ли в итоге фрагмент рынка красным или его оштукатурят и окрасят под цвет облицовочной плитки – не имеет уже значения, потому что выглядит все это вульгарно, напоминая дворовые строения новорусской усадьбы, и никак не сочетается с гигантской боковой стеной МТ-2, у подножья которой эта аркада строится. Лучше уж этого муляжа не было бы вовсе, потому что из-за несоответствия высот аркада рынка выглядит, как собачья конура.

Остается лишь добавить, что трещина на стене МТ-1, примыкающей к Крюкову каналу, о которой я несколько лет назад писал, стала больше и шире – так что уже отваливаются маячки.

Мы идем от скандала к скандалу

МТ-2 – это скандальная постройка. Но пользу городу хочет нанести не только маэстро Гергиев. В ближайшем будущем Театральную площадь ждет второй крупный архитектурный скандал – реконструкция дома 4 по улице Глинки – он же дом 14 по Театральной пл. 


«Если архитектура – это застывшая музыка, то Мариинка-2 - это застывшая какофония»

«Дом Мордвиновых» пока невысок

Это так называемый «дом Мордвиновых». Он состоит из основного здания, выходящего фасадом на площадь, к памятнику Глинке, а также включает пристроенный к основному зданию флигель по ул. Глинки; между двумя этими зданиями расположен садик, нечто вроде курдонера, в котором находился фонтан с нимфой – девушкой, льющей из кувшина воду.


«Если архитектура – это застывшая музыка, то Мариинка-2 - это застывшая какофония»

Фонтан Нимфа с кувшином во дворе дома 4 по ул. Глинки

В годы моего детства в доме 4 была детская поликлиника, потом детская больница № 17. В интернете об истории этого здания сказано достаточно, интересующиеся могут посмотреть. Подчеркну лишь два момента.

1. В связи с тем, что поликлинику на рубеже 1960 – 1970-х гг. решили превратить в больницу, здание в начале 1970-х гг. капитально отремонтировали, во многом изменив. Например, в годы моего детства вход в поликлинику осуществлялся через боксы (отдельные входы с дежурной медсестрой в каждом) со стороны двора с фонтаном. В процессе ремонта боксы исчезли, фонтан с нимфой из двора-курдонера перекочевал во второй двор правее флигеля, где стоит и сейчас. Основное здание «дома Мордвиновых» и флигель надстроили одним этажом, в целом сохранив облик фасадов.

2. В 2001 году дом был включен КГИОПом в «Перечень вновь выявленных объектов, представляющих… ценность». А в 2009-м включили в Единый государственный реестр объектов культурного наследия народов РФ в качестве объекта культурного наследия местного значения. Одновременно флигель по ул. Глинки, службы (постройки во дворе) и ограду двора исключили из списка распоряжением КГИОП № 10-35 в соответствии с актами по результатам государственных историко-культурных экспертиз, выполненных ООО «Архитектурно-реставрационная мастерская «Вега»».

Распоряжения КГИОП от 2009 г. не случайны, поскольку в октябре 2006-го появилось постановление правительства СПб № 1252 «О проектировании и реконструкции зданий по адресу: ул. Глинки, д. 4, литера А, под гостиницу с подземной автостоянкой». Понятно, что для новой гостиницы прежняя планировка квартала была помехой, поэтому все предполагалось уничтожить, кроме углового здания – основного «дома Мордвиновых». Согласно документу, КУГИ переместил больницу в дом 40 по ул. Декабристов, а здание на Театральной пл. / ул. Глинки отдал инвестору – ООО «МегаХаус». Которое должно было приспособить здание на ул. Декабристов, 40 под детскую больницу, а здание на углу Театральной пл. и ул. Глинки превратить в отель. Кстати, я упоминал жуткую мансарду на доме 40 – это результат действий инвестора по приспособлению дома под больницу. Надстройка безобразна (изображение), это опять чисто инженерное решение без вмешательства архитектора, который не мог не предвидеть, какой уродливый вид получит дом 40.

Прежде чем перейти к исследованию проекта реконструкции, кратко скажу о градостроительном значении дома 14 по Театральной пл. / дома 4 по ул. Глинки.

Улица Глинки, бывшая Никольская, «стреляет» прямо на основной объем собора Николы Морского. Ось симметрии улицы совпадает с осью симметрии собора. При этом произведенное в 1970 – 1975 годах в ходе капремонта надстраивание двухэтажного «дома Мордвиновых» одним этажом устранило асимметрию двух зданий, фланкирующих въезд с площади на ул. Глинки. У «дома Мордвиновых» теперь 3 этажа на высоком цоколе, у дома справа – 4 этажа. По высоте карнизов они смотрятся практически одинаково. И представляют собой «кулисы», обрамление вида на собор – гениальное творение С. Чевакинского. Т.е. капремонт первой половины 1970-х гг. существенно улучшил градостроительную ситуацию.

Забегая немного вперед скажу, что проект реконструкции дома 4 предполагает радикальное надстраивание. Сейчас «дом Мордвиновых» по коньку имеет высоту примерно 12 м. Как мне сказал архитектор Цыцин, мастерская которого занимается подготовкой проекта реконструкции, они, безусловно выберут весь лимит высоты, т.е. здание будет иметь высоту по коньку от 23 до 30 м. Иными словами, здание удвоится по высоте. Причем, надстройка будет смотреть не на узкую улицу, а на широкую Театральную площадь, с которой трех- или более этажная надстройка отлично просматривается.

И это сразу испортит весь вид площади, с одной стороны, и вид на Никольский собор, с другой.

Разговор с архитектором

В августе 2012 г. я дал интервью интернет-ресурсу «Карповка» на тему реконструкции «дома Мордвиновых», раздраконив проект как варварский и абсолютно негодный. Тогда на сайте архитектурной мастерской С. В. Цыцина можно еще было посмотреть выложенные там картинки проекта реконструкции. Потом сайт оказался закрытым – как сказал мне сам Сергей Викторович Цыцин, за неуплату. Правда, как сказал мне он же, тот проект, который висел на закрытом ныне сайте, уже отменен – он был одним из 20 проектов и вообще попал на сайт случайно. Сейчас актуален уже другой проект. Если в том проекте, что экспонировался на сайте, была нарушена симметрия здания со стороны Театральной площади, то по новому проекту, как сказал Цыцин, надстройка будет такой, что осевая симметрия здания нарушена не будет.

Хорошо, говорю я, осевая симметрия не будет противоречить классическому низу здания. Но как будет выглядеть реконструированный дом в паре с домом визави через ул. Глинки? Ответ архитектора Цыцина я уже привел: каким бы симметричным со стороны площади здание ни было, высота вырастет минимум в два раза. 

Кстати, на картинках на сайте был нарисован в аксонометрии дом высотой не три, а четыре этажа, надстроенный мансардой, нарушающей стиль фасада, причем, на части здания, выходящей на площадь, над мансардой № 1 (пятым этажом) предусматривалась мансарда № 2 (шестой – седьмой этажи). Как теперь все это будет – не знаю, но 7-этажный дом высотой не менее 23 м по коньку взамен 3-этажного высотой 10 – 12 м – будет, как я понял, в любом из вариантов.

При этом, как следовало из тех же картинок на сайте, заметно менялся и флигель шириной в 3 окна по ул. Глинки. Флигель предполагается снести, что разрешено распоряжением КГИОП от декабря 2009 г., исключившим флигель из числа охраняемых объектов, а в глубине двора, на картинке красовалось совсем новое 4-этажное здание с мансардой. 

Иными словами, проект на сайте предполагал кардинальные изменения планировки участка. Правда, С. В. Цыцин в разговоре со мной подчеркнул, что планировка меняться не будет, и все прежние стены останутся на местах, но у меня это вызывает большие сомнения.

Ну, ладно, флигель, он уже не памятник архитектуры, черт с ним. Но основное здание на углу площади и ул. Глинки, оно же памятник местного значения, его же надо сохранять! Почему же оно вместо 3-этажного на цоколе оказалось 4-этажным на цоколе и плюс мансарда на кровле? Это же прямое нарушение закона об охране памятников. Причем в пояснительной записке к проекту реконструкции на ныне закрытом сайте мастерской Цыцина говорилось: «Объемно-планировочные решения основаны как на сохранении части наружных стен лицевых фасадов в объеме 2-х этажей, так и исторического облика здания в целом».

О каком же сохранении исторического облика в целом можно говорить при удвоении высоты и строительстве нового здания правее флигеля?

Отдельный вопрос – подземный паркинг. При тех грунтах, которые здесь имеются, как только его начнут рыть, почувствует весь квартал до наб. канала Грибоедова. Трещины будут даже в фундаменте итальянского консульства.

Самое забавное заключено в том, что после выяснения того очевидного вреда, который нанесет памятнику архитектуры его радикальная реконструкция, Цыцин высказал целый ряд разумных суждений, которые находятся в вопиющем контрасте с тем, что он реально проектирует. Его мысль заключена в том, что происходит интенсивное засорение города по пятнам застройки, которые старательно выискивают девелоперы, что нужна концепция градостроительного развития Петербурга на 50 – 100 лет, концепция, четкая и доведенная конкретно до каждого квартала. Правила землепользования и застройки и Генплан не отвечают этому требованию, а инвесторы нуждаются в такой концепции, в четких и прозрачных правилах игры, чтобы было понятно, чего хочет город. Поскольку выискивание пятен и стройки на них с очевидными нарушениями нормативных актов – дело рискованное, стройки могут разрешить или не разрешить, в любой момент закрыть, а инвесторам и девелоперам лучше иметь предсказуемые и надежные 15% прибыли, чем непредсказуемые 200%. То есть сейчас уже инвесторам важнее не прибыль, а надежность вложений.

Мысль тем более интересная, что: а) ООО «МегаХаус» уже хорошо вложился в переоборудование дома 40 по ул. Декабристов под детскую больницу и б) запланированная реконструкция дома 14 по Театральной пл. в гостиницу на 109 мест – проект крайне рискованный и ненадежный в силу своей полной незаконности. Памятник архитектуры нельзя сносить, надстраивать, переделывать. Разрешение давал один губернатор при одном председателе КГИОП, а теперь все другие. И вдруг после уничтожения дома Рогова ситуация вообще резко изменится, и правительство СПб перестанет спокойно смотреть, глядя на то, как волчья стая раздирает неповторимую архитектурную ткань в клочья?                      

Михаил ЗОЛОТОНОСОВ



‡агрузка...

Медицинские центры и клиники, где можно сделать МРТ в Киеве