16+

Новости партнёров

Lentainform

Русский музей. Преступление отменить нельзя

29/03/2016

Русский музей. Преступление отменить нельзя

После выхода статьи «Наша публикация заставила руководство Русского музея расколоться...», открывшей миру глаза на то, что втайне готовятся сотворить с Михайловским дворцом и всем Русским музеем его директор Гусев вместе с Минкультом, прошло больше месяца, за это время и в самом музее и вокруг него, и в Министерстве культуры произошло много событий, в результате которых ситуация кардинально изменилась.


          В результате главным последствием скандала может стать введение платы за вход в Летний сад. Хотя Владимир Гусев еще упорствует.

Ситуация изменилась настолько, что по поводу проекта Гусева – Баженова решительный противник эвакуации экспонатов, главный хранитель И. Карлов, подготовил документ, в котором научно и последовательно описал, что с эвакуацией сопряжено, что она может длиться от одного до двух лет, стоить не менее 400 млн руб., а эвакуированными экспонатами будут заняты залы всех зданий, принадлежащих Русскому музею, так что на время эвакуации и капитального строительства (а сколько это может продлиться в наших условиях, не может угадать никто) прекратит работу весь музей.

Начав с конца, вернусь к началу и изложу все по порядку.

Незаконная госэкспертиза

1 марта Главгосэкспертиза сообщила, что проект (перекрытие двух внутренних дворов Михайловского дворца и их застройка, а также освоение чердачного пространства) получил согласование. Об этом написали многие, но, конечно, не нашли времени заглянуть на сайт этого Федерального автономного учреждения «Главное управление государственной экспертизы», подведомственного Министерству строительства и ЖКХ РФ.

А на сайте сказано, что это учреждение уполномочено на государственную экспертизу проектной документации объектов культурного наследия федерального значения только в одном случае: «если при проведении работ по сохранению объекта культурного наследия федерального значения затрагиваются конструктивные и другие характеристики надежности и безопасности такого объекта».

Обратим внимание: речь идет лишь о работах по сохранению объектов культурного наследия, но не о капитальном строительстве новых объектов, не о реконструкции объектов культурного наследия и т.п.

Иными словами, заключение Главгосэкспертизы по новоделам в Михайловском дворце выходит за рамки полномочий этого учреждения и потому просто незаконно. Как и само капитальное строительство, запрещенное законом № 73-ФЗ «Об объектах культурного наследия…». Естественно, как директор ГРМ В. Гусев, так и его заместитель по комплексной реконструкции и капитальному ремонту В. Баженов могут сколько угодно повторять мантру про положительное заключение Главгосэкспертизы. Все равно она незаконна в принципе.

Дьявольские планы

Только 3 марта Владимир Гусев, т.е. почти через месяц после выхода статьи «Нам крыш», решился созвать пресс-конференцию. Сначала Гусев посетовал на неудобство вестибюлей в музее, которым он вынужден волею судьбы руководить, на отсутствие конференц-зала на 90 человек, а также на немыслимые трудности уборки снега во дворах-колодцах. Потом сказал про необходимость обновления инженерных сетей, не пояснив, что имеет в виду конкретно, и обеспечение доступности для инвалидов.

Наконец, Гусев сообщил, что решение о реконструкции Михайловского дворца может быть принято Всемирным банком до конца марта, и в этом случае переезд фондов на время работ начнется в середине 2016 г., а сами работы – в 2017-м. Закончены они должны быть в 2018 году. Всего два с половиной года, или 900 дней. Поделившись этой хронометрической фантастикой, Гусев перешел к трудностям. Вся проблема в деньгах! Ведь Всемирный банк дает деньги как софинансирование, а основную часть суммы на эвакуацию и капитальное строительство должен найти сам Русский музей. Вот в чем беда.

Тут же другой энтузиаст незаконного проекта, директор Фонда инвестиционных строительных проектов А. Васильев, напомнил, что банк может предоставить только 2,5 млн долларов, сэкономленных при реализации проектов в предыдущие годы. А общая стоимость работ не должна превысить 30 млн долларов. Так что в теории ГРМ должен найти 27,5 млн долларов, т.е. около 2 миллиардов рублей по нынешнему курсу.

То есть нужно собирать деньги. Гусев сообщил о введении платы за вход в Летний сад. Собранные средства вроде пойдут потом на эвакуацию экспонатов из Михайловского дворца и капитальное строительство. Такую плату уже пробовали ввести: 100 рублей с человека. По данным Минкульта, в год Летний сад посещает 1 миллион человек, т.е. через 20 лет, как раз к 90-летию Гусева, нужная сумма будет собрана. В общем, бизнес-план вполне разумный. Правда, дьявольский: народ должен вносить плату за вход в изуродованный Владимиром Гусевым и Владимиром Баженовым  Летний сад, а деньги потом пойдут на изуродование Михайловского дворца.

Но есть некоторые уточнения. Прежде всего по подъемным устройствам для инвалидов. 18 декабря 2015 г. в ГРМ, как писала «Фонтанка», состоялось открытие подъемных устройств для посетителей с ограниченными возможностями здоровья. Теперь музей стал доступнее для инвалидов-колясочников.

То ли Гусев забыл об этих подъемниках, то ли умышленно умолчал. Но даже если нужно сделать еще один наружный лифт во внутреннем дворе, чтобы инвалиды могли попадать в фондохранилище, то для этого не обязательно делать атриум, накрывая остекленными кровлями два двора.

Конференц-зал есть в Мраморном дворце, даже два. Большой зал площадью 360 кв. м на 300 человек и второй поменьше, площадью 168 кв. м на 100 человек. Причем оба зала предлагаются для сдачи в аренду компанией «Ева», специализирующейся в сфере организации корпоративных мероприятий. Понятно, что сдавать в аренду три зала лучше, чем два, но приводить в качестве аргумента желание заработать – это уже слишком.

Что до названных сроков, то достаточно взглянуть на то, как ведутся работы по строительству стадиона к чемпионату мира, чтобы оценить сказанное Гусевым. А по поводу эвакуации все написал в своей записке И. Карлов (см. на стр. …), поэтому обсуждать эти «900 дней» смешно. Самое простое и реальное из всего сказанного Гусевым – ввести плату за вход в Летний сад.

Кстати, об эвакуации. Здесь видны большие проблемы. Прежде всего с самой большой картиной музея – это «Медный змий» (1841) Федора Бруни (565х852, 48 кв. м). А также с «Последним днем Помпеи» (1830–1833) Карла Брюллова (465,5х651, 30 кв. м). Теоретически для эвакуации их надо вынуть из рам и намотать на валы, иначе не вынести из музея. Однако сохранность красочного слоя на картинах при такой операции внушает опасения. А если осыпется краска? Конечно, можно намазать все олифой и смотать в рулон, но что будет, когда рулон размотают? Кто даст гарантию, что уникальные и знаменитые картины не погибнут? А еще есть большие картоны с эскизами Карла Брюллова для росписи плафона Исаакиевского собора (1843). Уголь, мел – всё при перемещении может осыпаться, эскизам 170 лет. 

И несколько слов об общем впечатлении. Гусев говорил так, словно Русский музей – его частная собственность. Экспертиза Главгосэкспертизы незаконна, КГИОП, который теперь отвечает за Русский музей, проект не утвердил и даже не видел, а Гусев рассуждал об эвакуации и капитальном строительстве так, словно решение зависит исключительно от него одного и от наличия у него денег.

«Гусевизация» Русского музея

Попутно начали выясняться детали реального проекта переделки Михайловского дворца.

Оказалось, что речь идет отнюдь не просто о стеклянных кровлях над дворовыми пространствами, а о застройке обоих дворов многоэтажными зданиями: четыре междуэтажных бетонных перекрытия в одном дворе и три – во втором. Т.е. в первом дворе весь его объем заполнят 5-этажным зданием, во втором – 4-этажным. Относительно функционального назначения 5-этажного здания инсайдеры сообщили, что на первом этаже будут «винные погреба», на втором – ресторан (и то и другое уже давно есть в Строгановском дворце), на третьем – VIP-отель, на четвертом – офис банка, а на пятом – терраса, очевидно открытая, для обозревания окрестностей. И все это под звуки печалования о судьбе инвалидов, не имеющих возможности попасть в музей.

Последствия этого капитального строительства, которое я называю «гусевизацией Русского музея», очевидны. Буронабивные сваи фундамента нарушат гидроизоляцию, и грунтовые воды, которые в этих местах стоят особенно высоко, поднимутся и затопят подвалы Михайловского дворца. Это первое следствие.

Второе. Междуэтажные перекрытия хотят укрепить в углублениях, выпиленных в стенах Михайловского дворца. С одной стороны, это запрещено федеральным законом № 73-ФЗ, с другой, приведет к повышенной нагрузке на стены и фундамент, что даст трещины в том и другом. То есть сначала трещины появятся в процессе бурения скважин под буронабивные сваи, а потом они начнут расширяться, когда в стенах сделают пазы глубиной 25 см и вставят в эти пазы бетонные плиты, которые увеличат давление на стены. Ясно, что такого запаса прочности при строительстве дворца обеспечено не было. Тем более что шатровое остекление кровли будет опираться на парапет, положенный на существующие стены (еще одна нагрузка). Даже если стены не треснут, существенно выросшее давление на грунт радикально изменит весь режим грунтовых вод, они поднимутся, тем более что сваи во дворах неизбежно нарушат гидроизоляцию.

Наконец, в интервью «Радио Свобода» зам. директора ГРМ Баженов обмолвился о том, что в процессе капитального строительства «начнется разборка гранитных блоков внизу». Видимо, речь идет о фундаменте. Что будет со стенами после разборки гранитных блоков, на которые опираются стены?

Третье. Будут заложены окна дворца, выходящие во внутренние дворы, в других прорубят двери. Некоторые дверные проемы прорубят не в окнах, а прямо в капитальных стенах. Два новых выхода готовы прорубить, например, в Михайловский сад. Поверить, что кладка, сделанная в 1819–1826 гг. (то есть ей более 190 лет) все это спокойно выдержит, невозможно. Фактически Михайловский дворец этим проектом приговорен.

Четвертое. Если видовая терраса на пятом этаже 5-этажного здания обеспечит обзор окрестностей, то она будет видна и со стороны этих окрестностей. Т.е. внешний вид Михайловского дворца снаружи изменится.

Неожиданные аресты

14 марта 2016 года министр культуры Мединский прибыл в Петербург. В том числе отправился в Русский музей. Как донесли информаторы, посмотрев на внутренние дворы – предмет вожделения Гусева и Баженова, – разочарованно сказал: «Такие маленькие…»

И в общем все шло без происшествий, когда 15 марта вдруг стало известно, что ФСБ задержало в Ростове одного из замов Мединского «в рамках уголовного дела о хищении бюджетных средств при строительстве и реставрации объектов культурного наследия», а «обыски проводятся практически во всех департаментах Минкультуры, изымается документация, связанная со строительными и реставрационными работами». Потом выяснилось, что фамилия этого заместителя Пирумов и речь идет «о крупном хищении в сфере реставрационных работ», а под подозрение также попал целый ряд высокопоставленных чиновников Минкульта. ФСБ РФ просило арестовать заместителя министра культуры Григория Пирумова, директора департамента управления имуществом и инвестиционной политики Минкультуры Бориса Мазо, а также директора подведомственного министерству ФГУП «Центрреставрация» Олега Иванова, подозреваемых в хищении бюджетных средств.  16 марта они были арестованы.

Реакция депутата А. Ковалева была мгновенной, он выразил наши общие мысли: «Именно Пирумовым согласована историко-культурная экспертиза задания на проектирование застройки внутренних дворов. Кроме того, он курирует в Министерстве культуры департамент охраны наследия и правовой департамент и, следовательно, организовал осенью 2015 года передачу полномочий по охране памятника федерального значения Русский музей (Михайловский дворец) из Министерства культуры в КГИОП, сняв, таким образом, с министерства ответственность за дальнейшую судьбу памятника».

Планы Гусева и три гипотезы

Но Гусев не отступил. 23 марта он объявил, что реконструкция дворца будет проводиться поэтапно, а эвакуации «основных фондов» или «глобального перемещения» не потребуется. Что понимать под «основными фондами», Гусев не пояснил – возможно, потому, что еще сам не знает. На первом этапе работы будут производить в одном из внутренних дворов (крыша, лифт и «перекрытие для создания конференц-зала»), причем на время капитального строительства «будут закрыты несколько экспозиционных залов второго этажа».

На втором этапе будут перекрывать второй внутренний двор (лифты, переустройство входной зоны).

Зам. Гусева Баженов сообщил, что Всемирный банк согласился финансировать реконструкцию Михайловского дворца, и назвал стоимость работ – 800 млн руб., добавив, что работы могут начаться в мае этого года и завершатся в 2019-м.

Правда, Баженов не сказал, что банк даст не более 2,5 млн долларов, т.е. 175 млн руб. А откуда возьмутся 625 млн руб.? Даст ли их сейчас министерство – после ареста Пирумова?

А если проанализировать все сказанное на брифинге, то, на мой взгляд, в первоначальном плане не изменилось почти ничего. Только работы разбили на два этапа, а тотальную эвакуацию фондов из Михайловского дворца заменили неясной частичной без указания, куда вывозить. Впрочем, реального проекта Гусев так и не предъявил, и в КГИОПе, который должен его санкционировать (сначала эскизный проект, потом рабочий) не видели ничего вообще!

А на закуску три гипотезы, потому что без них неинтересно.

Первая гипотеза. Уже всем ясно, что именно арестованный ныне замминистра культуры Пирумов сделал все, чтобы проект переделки Михайловского дворца состоялся. Это следует и из письма Гусева Пирумову от 19 января 2016 г. (см. на стр. …). Там прямо говорится, что Пирумов поддерживал этот проект в 2014–2015 гг. В итоге Владимир Гусев получился чуть ли не исполнителем строительных затей арестованного чиновника и его компаньонов, и Гусеву теперь ничего не остается, как продолжать начатое, показывая всем, что ничего не случилось, дело совсем не в Пирумове, и ни Русский музей, ни проект, ни он, Гусев, к Пирумову не имели никакого отношения, а его арест никакого значения не имеет.

Вторая гипотеза. Почему-то мне кажется, что в аресте Пирумова именно в тот момент, когда решалась судьба Русского музея, нет случайности. В принципе, Пирумова можно было арестовать и раньше, но ФСБ получила заказ на него с целью срочно прекратить всю эту бесовщину вокруг ГРМ еще до того, когда публично будет объявлено о решении закрыть музей и испортить уникальный памятник архитектуры. Ну а кто может делать такие заказы ФСБ – понятно. В общем, всем спасибо.

Третья гипотеза. Предполагаю, что 625 млн руб. Министерство культуры под «гусевизацию» Русского музея теперь не даст. Конечно, этого очень сильно хочет заместитель Гусева Баженов, который, согласно инсайдерской информации, является мотором подобных мероприятий. Ведь у него и должность – «по комплексной реконструкции и капитальному ремонту». Одна беда: по закону № 73-ФЗ комплексная реконструкция и капитальный ремонт в зданиях-памятниках запрещены категорически. Поэтому вне закона даже само название должности Баженова.

Теперь, как я полагаю, Владимир Гусев оказался под сильным давлением, прежде всего министерским, но также и изнутри музея. И в итоге уже не будет ничего, никаких реконструкций, действия ФСБ фактически спасли не только Русский музей для страны, но, к сожалению, и Гусева.

Михаил ЗОЛОТОНОСОВ

Два письма

В распоряжении редакции оказались два письма. Одно от Владимира Гусева заместителю министра культуры РФ Г.У. Пирумову.


Русский музей. Преступление отменить нельзя

«Уважаемый Григорий Ульянович! – пишет Гусев 19 января этого года. – Как Вы знаете, проект «Реконструкция внутренних дворов Михайловского дворца» Государственного Русского музея, изначально подготовленный в рамках займа МБРР в 2003 г., благодаря Вашей поддержке в 2014–2015 гг. был переработан в соответствии с современными требованиями музея...

Информируем Вас о том, что после получения положительного заключения органов государственной экспертизы (ожидается в марте-апреле 2016 года) Государственный Русский музей крайне заинтересован в скорейшем начале работ по реализации данного проекта».

В ответ на это письмо пришел ответ из Минкульта от 21 января, правда, от другого замминистра: «Минкультуры России предлагает в кратчайший срок подготовить и представить на рассмотрение обоснования и исчерпывающие расчеты стоимости мероприятий по освобождению здания Михайловского дворца и перебазированию экспозиции и фондов музея в имеющиеся в распоряжении Государственного Русского музея здания, с учетом их завершения до конца 2016 г.».

«Требуется передислоцировать около 130 000 единиц хранения основной музейной коллекции»

В распоряжении «Города 812» оказалась докладная записка директору ГРМ Гусеву В.А., написанная И.И. Карловым, заместителе директора ГРМ, в которой Карлов объясняет, почему эвакуация экспозиции будет безумием.

Докладная записка Ивана Карлова (выдержки)

В соответствии с Вашим указанием об исполнении распоряжения Министерства культуры РФ (письмо Заместителя министра культуры России Малакова Н.А. исх. № 518-01 -63-НМ от 21.01.2016 г.) по поводу реализации проекта «Реконструкция внутренних дворов Русского музея» и представления в связи с этим обоснования и расчетов стоимости мероприятий по освобождению здания Михайловского дворца и перебазированию экспозиции и фондов на площади других входящих в музейный комплекс зданий (с учетом завершения этих работ до конца 2016 года) докладываю…

1. Объем подлежащих временной передислокации музейных предметов и библиотечных фондов включает в себя прежде всего коллекции Отдела рисунка – начала XX в. (86 068 единиц хранения), Отдела древнерусского искусства (29 744 единицы хранения). Отдела живописи XVIII – первой половины в. (5 414 единиц хранения), при этом предметы из драгоценных металлов и драгоценных камней хранятся в двух Особых бронекладовых (8048 единиц хранения), а в экспозиционных залах находятся 912 произведений живописи, скульптуры, графики и декоративно-прикладного искусства.

Таким образом, требуется передислоцировать около 130 000 единиц хранения основной музейной коллекции, что составляет более 30% всего музейного собрания, а также переместить фонд рам (7910 единиц хранения) и фонды Научной библиотеки (193 776 единиц хранения) Итого – более 330 000 предметов (иконопись, масляная живопись, скульптура, графика, мебель, фарфор, гобелены, рамы, книги и др.)

Важно отметить, что речь в данном случае идет не только об очень большом количестве перемещаемых музейных предметов, но и прежде всего об их уникальной художественной и исторической ценности.

2. Возможные места временного размещения музейных предметов и библиотечных фондов находятся на площадях филиалов «Михайловский замок», «Мраморный дворец», «Строгановский дворец» и Флигеля Росси. Все площади, которые теоретически могут быть использованы для временного размещения музейных предметов… – экспозиционно-выставочные, большинство из них – парадные дворцовые залы, в недавнем прошлом были отреставрированы. В настоящее время они успешно функционируют, принимают одиночных посетителей и экскурсионные группы.

Во временных фондовых помещениях – с учетом отсутствия с 01.11.2015 г. во всех филиалах музея полицейской охраны – будет не обойтись без усиленных технических средств безопасности (сигнализация, решетки на окнах, телевизионное наблюдение). Установка временного фондового оборудования (стеллажей, стоек, шкафов и др.) приведет к порче восстановленных за последние десятилетия исторических интерьеров, включая полы, стены, оконные и дверные проемы. Долговременное использование парадных дворцовых помещений не по назначению потребует в конце концов дорогостоящего реставрационного ремонта…

3. Предварительные расчеты стоимости перебазирования музейных предметов… на места временного размещения, включая расходы на оснащение необходимым оборудованием, транспортировку, установку сигнализации… показывают, что расходы… составят сумму, которая может дойти до 400 млн. руб…

Полагаю своим долгом довести до Вашего сведения, что с хранительской точки зрения освобождение здания Михайловского дворца и перебазирование экспозиции и фондов на площади других… зданий до конца 2016 года не представляется возможным, так как какие-либо перемещения можно начинать только после получения финансирования, проведения конкурсных процедур, полной готовности временных фондохранилищ и при соблюдении всех существующих климатических и охранных норм, а само перемещение… будет проходить в течение минимум 1–2 лет.

Прошу Вас обратить внимание на крайне негативное отношение к предполагаемым переездам со стороны большинства сотрудников музея, которые обеспокоены одним – судьбой музейных фондов, необходимостью обеспечения их полной сохранности…

И последнее! Считаю, что в существующей социально-экономической ситуации жители и гости Санкт-Петербурга не должны на долгое время лишаться одного из самых значительных объектов «культурной столицы» («временный краткий вариант» не может стать равноценной заменой классической основной музейной экспозиции в Михайловском дворце). В 2016–2019 годы в России будет отмечаться много важных исторических дат, в Санкт-Петербурге планируется организация крупных международных форумов, в сентябре 2016 года пройдет Единый день выборов, а в марте 2018 года состоятся выборы Президента Российской Федерации. Закрытый в это время для посетителей Михайловский дворец Русского музея не будет способствовать формированию положительного имиджа города и государства.

И.И. КАРЛОВ, заместитель директора по учету, хранению и реставрации музейных ценностей           
11.03.2016 г.



‡агрузка...

Медицинские центры и клиники, где можно сделать МРТ в Киеве