16+

Lentainform

Почему Российской национальной библиотеке надо присвоить имя Дж. Оруэлла

29/04/2016

Почему Российской национальной библиотеке надо присвоить имя Дж. Оруэлла

Такого, чтобы «запрещенные» книги в научной библиотеке, каковой является Российская национальная библиотека, не выдавали вообще, не было даже в славное советское время, когда в Государственной публичной библиотеке им. М.Е. Салтыкова-Щедрина функционировал отдел специального хранения.


          Можно было получить по месту службы или учебы так называемое «отношение» (как именовали официальный документ), принести его в спецхран и потом получать книги по обозначенной теме.

Конечно, не обходилось без конфликтов, например, заведующая спецхраном Варламова устно доносила на меня – в частности звонила главному редактору газеты «Смена» (где я тогда работал) Виктору Югину, сообщая, что я хочу читать Троцкого! Правда, кончилось все это ничем, поскольку на дворе уже был 1988 год.

А вот теперь оказалось, что у нынешней власти тоже есть спецхран, только книги из него не выдают вообще, потому что это уже не отдел научной библиотеки, а тюрьма особого режима для книг, приговоренных к пожизненному заключению (смертная казнь у нас в стране отменена, поэтому книги не сжигают). В связи с этим предлагаю присвоить РНБ имя Джорджа Оруэлла.

Экстремизм и противодействие ему

31 марта 2016 г. я выступил на Всероссийской научно-практической конференции в Российской национальной библиотеке. Готовясь к докладу, я заново обследовал некоторые отделы РНБ, чтобы выяснить, как конкретно там происходит комплектование и использование фондов. В частности, выяснил, что происходит с книгами, журналами и газетами, которые попали в проскрипционный список Министерства юстиции, официально именуемый федеральным списком экстремистских материалов.

На сайте министерства дано разъяснение (привожу его с сокращениями): «Федеральный список экстремистских материалов формируется на основании поступающих в Минюст России копий вступивших в законную силу решений судов о признании информационных материалов экстремистскими».  

Завершается ст. 13 так: «Порядок ведения федерального списка экстремистских материалов устанавливается федеральным органом государственной регистрации. Федеральный список экстремистских материалов подлежит размещению в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» на официальном сайте федерального органа государственной регистрации. Указанный список также подлежит опубликованию в средствах массовой информации в установленном порядке».

Пунктом 7, подпунктом 30.28 Положения о Минюсте предусмотрено, что Минюст «определяет порядок ведения федерального списка экстремистских материалов и ведет этот список». Правда, на сайте Минюста единого списка нет, а есть только окошко, куда можно вписать фамилию автора или название и после этого получить ссылки на решения судов. Скажем, вписываю «Гитлер» и получаю:

Тревор-Ропер Х. Застольные беседы Гитлера. 1941–1944 гг. М.: Центрполиграф, 2005. Решение Засвияжского районного суда г. Ульяновска от 25.06.2008.

Залесский К.А., Хауссер П. Черная гвардия Гитлера. Ваффен-СС. М.: Издатель Быстров, 2007. Решение Кузьминского районного суда г. Москвы от 06.11.2008.

Материалы «Combat 18 боевая группа Адольфа Гитлера», размещенные на сайте в сети Интернет. Решение Советского районного суда г. Липецка от 20.11.2009.

Гитлер А. Майн кампф (без указания места и года издания). Решение Кировского районного суда г. Уфы от 24.03.2010.

Это  начало списка, состоящего из 46 позиций и включающего музыкальные и фотоматериалы, листовки, плакаты, картинки, книги, материалы в Интернете.

Я могу только приветствовать подобный запрет на «производство либо хранение в целях массового распространения», как подчеркнуто в разъяснении на сайте Минюста. Но есть три соображения.

Первое связано с тем, что смешно в один список помещать «Майн кампф» и, скажем, «изображение лица человека с чертами, напоминающими А. Гитлера, и надписью «У… И… ЭТО ВЕСЕЛО» (решение Красноармейского районного суда города Волгограда от 02.11.2010)».

Да, такой мусор надо выметать, оставляя экземпляры в научных библиотеках для последующего научного изучения. А вот что касается книг Гитлера, Геббельса, Розенберга, то тут нужны не запреты, а научная критика, серьезные научные издания с соответствующими критическими статьями и комментариями (книгу Гитлера в конце 1990-х – начале 2000-х гг. переиздавали без комментариев и исключительно в переводе Карла Радека, сделанном еще в 1933 г.*), разоблачающими эту идеологию. И эти издания должны продаваться открыто. Потому что с нацистской идеологией бессмысленно бороться запретами.

Второе соображение: запретили, например, книгу А. Селянинова «Евреи в России» (М.: Витязь, 2000) решением Нагатинского суда Москвы от 21.01.2015 (№ 2775 списка Минюста). Ну а другую его книгу, «Тайная сила масонства» (СПб., 1911), почему не запретили? Она  ничем не отличается по содержанию от запрещенной, ее и переиздали под названием «Евреи в России», а под историческим названием она была переиздана в 1993-м и в 1999 г. дважды. Проблема в том, что всё не запретить и не охватить, как ни старайся, да это и не нужно. Борьба должна вестись не арестом книг. А то, что сейчас делается, не более чем бесполезная показуха.

Третье соображение совсем простое: Интернет не победить, все запретное там и сегодня доступно. Борьба здесь малоэффективна, и это бесспорная истина. Вот пример. В списке Минюста под номером 1097 значится книга: Волот Орей. Крысолюди. М.: Свекрасаф, 2010. С. 608 (решение Черемушкинского районного суда города Москвы от 14.12.2011). Естественно, текст есть в Интернете, и если, например, сайт hedrook.vho.org с ее текстом закрыт, то на сайте tayna-net.org доступна версия книги в pdf формате. Но еще смешнее другое: почему-то запрещена только стр. 608. А прочие страницы? Ведь по сравнению с текстом этого сочинения книга  Гитлера – лепет младенца.

Восклицательный знак в кубе

Дальше действие переносится в РНБ. 28 октября 2015 г. приказом № 402 директор РНБ Лихоманов утвердил инструкцию по работе с изданиями, включенными в Федеральный список экстремистских материалов. Инструкция регламентировала порядок выявления, хранения и использования таких изданий. Выявление осуществляется в соответствии со списком Минюста, причем заведующая фондом изданий с грифом «Для служебного пользования» (ФИГ ДСП), сейчас эта Ольга Константиновна Лукашунас, проводит ежемесячный мониторинг фондов РНБ на предмет обнаружения изданий из списка. А уже после этого отдел обработки и каталогов «исключает библиографические записи на выявленные в фондах Библиотеки экстремистские материалы из всех читательских каталогов и картотек (электронных и карточных)» (п. 2.3.).

А в фондах такие издания «переводятся на особый режим хранения (размещаются в специальных шкафах, закрытых на ключ)». Из подсобных фондов такие издания исключаются и либо списываются (на аутодафе?), либо передаются на постоянное хранение в основные фонды. На сами издания приклеивают бейдж – восклицательный знак в круге.

Кстати, должен заметить, что п. 2.3 – об изъятии из каталогов – не вполне выполним. Скажем, книгу «Моя борьба» из электронного каталога Primo изъяли. Однако все равно есть каталог, где все эти издания присутствуют: издание 1998 г. с шифром 99-5/4327, издание 2000 г. с шифром 2000-5/3163, издание 2002 г. с шифром П22/6853. Тут же и «Застольные беседы Гитлера» с шифром 2006-5/8300. Кстати, эти «Застольные беседы» обильно цитировались в книге Д.Е. Мельникова и Л.Б. Черной «Преступник № 1» (М., 1981).

Или, скажем, в список экстремистских книг по решению судов вошли три книги Б. Муссолини: «Доктрина фашизма» (Paris: Возрождение, 1938), «Мемуары 1942–1943 гг.» (М.: Эксмо: Изографус, 2004) и «Третий путь: Без демократов и коммунистов» (М.: Алгоритм, 2012). Но полностью уничтожить записи и библиотечные шифры (96-3/4995; 2004-5/2970; 2012-5/6355) и тут не получилось. Библиографическая карточка на «Доктрину фашизма» осталась в сканированном каталоге, на ней отмечено, что в 1986 г. книга из спецхрана была выпущена на свободу, и дан номер ВП – внутренней путевки. В свое время я ее читал в спецхране. Теперь к ней снова применили репрессии и дали путевку в закрытый шкаф русского фонда.

Почему библиографические сведения о книгах трудно спрятать? Все дело в том, что разделение каталогов на читательские и нечитательские – это устаревшее разделение периода тоталитаризма, которое в минувшие годы было преодолено. Быстро и легко осуществить возврат к нему невозможно. Поэтому пункт 2.3 приказа № 402 вообще лишен смысла.

А кроме того, библиографические сведения о запрещенных для массового распространения книгах, которые имеются в каталогах РНБ, никак не могут являться массовым распространением самих экстремистских материалов. Это чистый абсурд. Названия этих книг есть на сайте Минюста, а в п. 8 Порядка ведения Федерального списка экстремистских материалов (утвержден приказом Министра юстиции от 11.12.2015 № 289) прямо сказано: «Сведения об информационных материалах, содержащиеся в федеральном списке, являются открытыми и общедоступными». Надо совсем потерять разум от страха, чтобы засекретить библиографические карточки.

И, наконец, самое оруэлловское в инструкции, сочиненной Антоном Лихомановым: раздел 3 «Использование изданий». Пункт 3.1: издание из сакрального списка «может быть выдано на основании решения генерального директора по запросам надзорных, контролирующих и правоохранительных органов при наличии письменного запроса за подписью руководителя органа». Пункт 3.2: «При принятии решения о выдаче пользователю изданий, включенных в федеральный список, пользователю направляется приглашение в читальный зал фонда изданий с грифом ДСП».

Пункт 3.1 понятен, пункт 3.2 то ли специально, то ли по некомпетентности сформулирован двусмысленно. Поэтому «пользователь» в данном случае – это любой читатель библиотеки, а не только прокурор или следователь. Следовательно, любой читатель может подать требование, и в каждом случае будет приниматься решение и направляться или не направляться приглашение в читальный зал ФИГ ДСП. Любопытно, кстати, что этот ФИГ ДСП – это реликтовый остаток отдела специального хранения.

И вот я спрашиваю у Ольги Лукашунас, заведующей этим ФИГ ДСП, могу ли я подать требование на книгу Гитлера? А она мне и говорит: нет, книги из списка обычным читателям не выдаются вообще, а только прокурорам и прочим, кто указан в п. 3.1. А почему так? – спрашиваю я, ведь в приказе директора об этом не сказано, к тому же приказ основан на ст. 13 закона РФ от 25.07.2002 № 114-ФЗ «О противодействии экстремистской деятельности», где говорится только о массовом распространении. Но чтение книги с научными целями в научной библиотеке в помещении ФИГ ДСП – это разве массовое распространение?

И вот тут Ольга Константиновна раскрывает мне «страшную тайну». Оказывается, в Москву кого-то из РНБ вызывали на совещание, и там кто-то из прокуратуры велел эти книги вообще не выдавать. «Кого-то», «кто-то»… Кто приказал, где документы, где правовая основа? И в результате каких-то тайных устных указаний книги из списка Минюста теперь вообще не выдают – даже для научной работы. Хотя закон этого не требует. Перебдел бывший директор Лихоманов, по свистку из Москвы побежал впереди паровоза. Так ведь все равно не помогло: выгнали.

В РНБ теперь режим строже и глупее, чем было во времена СССР, такого не сочинили даже КГБ с Горлитом вместе, а они были горазды на выдумки!             

Михаил ЗОЛОТОНОСОВ

* Цитата именно из этого перевода была, например, приведена в передовой статье «Троцкистская шайка реставраторов капитализма» (Правда. 1937. 26 января): «Когда мы говорим о завоевании новых земель в Европе, мы, конечно, можем иметь в виду в первую очередь только Россию и те окраинные государства, которые ей подчинены».