16+

Новости партнёров

Lentainform

Что происходит в Летнем дворце Петра I

07/09/2016

Что происходит в Летнем дворце Петра I

5 августа 2016 года произошло знаменательное событие: после длительного перерыва началась расконсервация и возобновились реставрационные работы в Летнем дворце Петра I в Летнем саду.


          Ровно за 10 дней до этого мы получили тревожное письмо. Его автор писал: «Там теперь все модно и современно: во все окна вставлены стеклопакеты. Стены внутри повсюду (кроме Зеленой гостиной на 2-м этаже) теперь из гипсокартона. Теперь по всему дворцу установлены батареи отопления и система вентиляции (приточно-вытяжная). Реставрация во дворце выполнена на 1/3 от необходимого объема. Конкретно: на живописные плафоны потолочные, панели Зеленой гостиной, ветровой прибор. Больше на реставрацию денег не дали. Большая часть средств ушла на батареи и вентиляцию со стеклопакетами. То, что должно быть вымыто и оштукатурено, ныне загипсокартонено. Возможно, вам удастся туда попасть, но там стража».
 
После таких донесений и с учетом катастрофы, которой закончилась так называемая реставрация Летнего сада, осуществленная пять лет назад, в 2011 г., а также с учетом недавних проектов администрации ГРМ застроить внутренние дворы Михайловского дворца, захотелось немедленно разобраться и все осмотреть на месте. Тем более что главным архитектором проекта реставрации Летнего дворца является Иванов Николай Петрович (ООО «Рест-Арт-Проект») – тот, что был главным архитектором проекта дикарской реставрации Летнего сада.
 
Попасть внутрь Летнего дворца удалось без проблем, пресс-служба Русского музея по нашей просьбе быстро организовала экскурсию, а экскурсоводами выступили главный архитектор ГРМ Ирина Тетерина и начальник архитектурного отдела музея Ирина Говорунова, а также Оксана Каган, заместитель директора ООО «Профиль», подрядной организации, которая ведет реставрационные работы. Была также какая-то важная дама из технадзора, которая с апломбом сообщила мне, как только узнала мою фамилию, что я пишу «гадостные и скандальные статьи». В течение примерно полутора часов нам показали всё: от первого этажа до чердака и крыши, благо дворец окружен строительными лесами. Преодолев сопротивление, вызванное неясными страхами сотрудников ГРМ, сделали фоторепортаж.
 
Говоря кратко, в Летнем дворце идет реставрация, ничего страшного не происходит, все научно и логично, а сама реставрация делается качественно. Проблемы, безусловно, есть, но они связаны не с проектом реставрации, а с финансированием: как выяснилось, профинансирована реставрация даже не на одну треть, как мне сообщили, а еще меньше – на одну четверть (точнее, на 24,6%): 219 млн руб. вместо запланированного вначале 891 млн руб. И сразу можно сказать, что при таком значительном секвестре бюджета реставрационных работ запросы В. Гусева и В. Баженова на финансирование застройки внутренних дворов выглядят просто вредительством. Потому что сейчас деньги нужно просить именно на завершение работ в Летнем дворце. Тем более что его реставрация затянулась еще и по другой причине.
 
В связи с планами директора ГРМ В. Гусева застроить внутренние дворы Михайловского дворца я уже упоминал подписанное 17 октября 2015 г. распоряжение правительства РФ № 2082-р, которым были утверждены изменения, внесенные в Перечень отдельных объектов культурного наследия федерального значения, полномочия по государственной охране которых осуществляются Минкультуры РФ. В этом документе указано: разрушающуюся Биржу в перечень включить – она теперь охраняется Минкультом, а Михайловский дворец со всеми пристройками, садами и дворцами – исключить. То есть вся недвижимость, входящая в ФГУК «Государственный Русский музей», теперь находится в ведении КГИОП.
 
Для Летнего дворца это выразилось в прекращении реставрационных работ ровно на 9 месяцев. В течение этого срока шла передача документов от Северо-Западного управления Министерства культуры в КГИОП. Работы вести было нельзя, поскольку закончилось разрешение, а новое оформляли почти год. Сейчас новое разрешение ООО «Профиль» получило.
 
Оксана Каган (ООО «Профиль»): «Когда в конце прошлого года произошла передача, причем с опозданием сообщили Русскому музею о том, что теперь их курирует не Министерство культуры, а КГИОП, в итоге все приостановилось, и фактически с ноября прошлого года по август этого мы пытаемся удержать состояние на том этапе, на котором работы остановились. Чтобы не развалилось. Поддерживать всё это приходится, все же коммуникации были отключены. Слава богу, с 5 августа мы официально расконсервируемся. До этого мы только держали это состояние… По-хорошему мы должны были разорвать госконтракт, потому что ситуация была очень тяжелой. Но с Русским музеем мы работаем давно, попросили не разрывать. Буквально 2-3 человека находились здесь для поддержания в эти 9 месяцев…»
 
До ноября 2015 г., по словам Ирины Тетериной, была проведена большая работа, в частности сделана гидроизоляция фундамента, «потому что у нас, особенно со стороны Фонтанки, даже полы заливало, когда поднималась вода (при подъеме уровня воды в реке поднимался уровень грунтовых вод. – М.З.). Было все отрыто от стен, глиняный замок, восстановлены полы. Перекрытия вскрывали, где нужно было, усиливали перекрытия. Выполнена реставрация стеновых панелей, дверей, окна поставлены новые, потому что те, конца XIX века, невозможно было сохранить. Полностью отреставрированы плафоны живописные (подлинные, исторические, написаны на холстах. – М.З.), они были сняты, реставрация проходила в мастерских Русского музея. Конечно, те ткани (на стенах. – М.З.), которые были здесь в 14 помещениях, не подлежат восстановлению, но сейчас финансирование обрезано в четыре раза по сравнению с тем, что мы заявляли и на что у нас согласован проект, поэтому какие-то виды работ мы не выполняем в данный период. Тканевое убранство не восстанавливаем, а сейчас просто делаем декорацию для экспозиции, подложка идет, чтоб какую-то экспозицию восстановить хотя бы пока…
 
Смонтируем все плафоны живописные, которые отреставрированы, еще предстоит реставрация майолики в некоторых помещениях, тоже не попало в финансирование. Сейчас делается чисто техническая промывка этих печей. Лестница отреставрирована, стропильная система полностью на чердаке. Заменена медная кровля, усилены чердачные перекрытия, потому что отопление здесь было воздушное, и калориферная располагалась в денщицкой. Сейчас мы оттуда ее убрали и поместили на чердак. Воздушное отопление будет сохраняться (как мне объяснила О. Каган, на чердаке разместили не просто калориферы, т.е. нагревательные приборы, устанавливаемые в проем воздуховода, а систему кондиционирования с автоматической регулировкой температуры и влажности. – М.З.). Но для того чтобы в период зимы, когда у нас здесь было 14–15 градусов, можно было хотя бы до 18 градусов поддерживать температуру, мы сделали выводы в полах (полы вскрывали, и электрокабели были проведены под полами. – М.З.), и у нас будут на зимний период устанавливаться конвекторы. А на летний период будут сниматься. Электрические приборы. Они будут поддерживать определенную влажность, определенную температуру, потому что экспозиция здесь предполагается из произведений конца XVII – XVIII веков. Сроки – до конца года должны все это выполнить. А потом будем ждать, все будет зависеть от Министерства культуры. Если будет продолжение финансирования, то мы будем тканевым убранством заниматься. Еще останутся печи, ламбрекены (горизонтальная декоративная драпировка, расположенная в верхней части шторной композиции, проема окна или двери. – М.З.), шторы; монтировка плафонов в самый последний момент, когда все работы будут выполнены».
 
В ряде мест произведена вычинка поврежденной кирпичной кладки и реставрация деревянных дверных коробок. Гипсокартонные стены отсутствуют, это слухи. Есть, правда, временные стеновые панели из фанеры – там, где впоследствии должны быть короба с тканевой обивкой, но фанера – в принципе явление временное. В некоторых местах сделано штробление исторических стен для укладки кабелей в металлорукавах пожарной сигнализации и видеосистемы наблюдения и оповещения. Пожалуй, это единственное разрушающее воздействие и антиисторичное вмешательство в памятник, произведенное по инициативе службы безопасности, которая без установки технических средств не принимает здание под охрану.
 
Упомянутые Ириной Тетериной «глиняный замок», т.е. обваловку фундамента большой массой глины, которая не дает воде просочиться к фундаменту, и гидроизоляцию фундамента не могу оставить без комментария. 16 мая 2011 г. в журнале «Город 812» появилась моя статья «Летний садомазохизм», посвященная тому бесчинству, которое было устроено в Летнем саду (см. http://www.kadis.ru/daily/?id=95731). В частности, я написал про «Гаванец»: «При Петре у Летнего дворца со стороны Фонтанки была устроена гавань, чтобы добираться до резиденции по воде. Позднее гавань была засыпана. Теперь выкопали у дворца прямоугольную яму. Яма будет музеефицирована. Правда, что сухая гавань нелепа, но чем больше абсурда – тем лучше».
 
Теперь на эту нелепую яму можно любоваться. А далее я писал, что к тому же эта яма опасна и для дворца, и для набережных Фонтанки и Невы, которые укреплены деревянными сваями. Если воздух проникнет в грунт, это вызовет ускоренное гниение свай, ослабление набережных и фундамента дворца. Понятно, что на дне ямы с осени скапливается дождевая вода, зимой снег. Есть опасность, что в грунт могут проникнуть и воздух и влага – условия для этого созданы. Цоколь Летнего дворца обнажили, он на самом краю ямы. Как отмечают специалисты, обнажение цоколя ставит дворец под угрозу разрушения. Ибо обнажение цоколя нарушает «глиняный замок»…
 
Судя по всему, тот «глиняный замок», который в 2010–2011 гг. на бюджетные деньги разрушили, теперь, в процессе реставрационных работ в Летнем дворце, восстановили. И снова на бюджетные деньги.
 
Отдельно следует сказать об оконных заполнениях, коль скоро и на эту тему ходили нехорошие слухи. Они сделаны заново: коробки, переплеты и подоконные доски из дуба, а стекла – это современные двухкамерные стеклопакеты, противоударные и со специальным покрытием, препятствующим проникновению ультрафиолетового излучения (чтобы не выгорала ткань, которая будет покрывать стены). Фурнитура окон «родная», историческая, также исторической является расстекловка (деление внутреннего пространства створок окна, рамы на ячейки) в голландском стиле. Это, конечно, не реставрация, это воссоздание, но оно оправдано тем, что стояла задача добиться зимой температуры воздуха во внутренних помещениях 18 градусов и определенной влажности. К тому же рамы менялись ранее не один раз, поэтому сохранять было нечего.
 
При Петре дворец был летним, в том смысле, что эксплуатировался только летом, зимой в нем император не жил. Сейчас у дворца иная функция и иной режим использования: экспозиция будет внутри круглый год. Воздушного отопления для поддержания необходимого ТВР (температурно-влажностного режима) не хватит, поскольку нагретый воздух поступает только через отверстия в печах и каминах. Расхода этого теплоносителя не хватит для нужного ТВР, поэтому надо было либо провести под потолками воздуховоды, т.е. дополнительные короба, скажем, из оцинкованной стали, чтобы увеличить объем поступающего в помещения нагретого воздуха, что неприемлемо, поскольку невозможно загромождать интерьеры коробами, либо усилить теплоизоляцию окон и дополнительно предусмотреть возможность подключения электрических конвекторов. Расчетная потребляемая мощность всего дворца – до 136 КВт, что включает питание вентиляционного оборудования, калориферов, переносных отопительных приборов, системы снеготаяния на кровле, освещения (для сравнения: установленная мощность обычной отдельной квартиры – 3,3 КВт).
 
В целом здание готово к зиме, к ожиданию дальнейшего финансирования для завершения реставрации, поскольку работы на основных конструкциях проведены полностью. О. Каган: «В принципе, после того как все поняли, что сокращение финансирования произошло, совместно с Министерством культуры был правильно выделен первый этап, связанный с конструкцией здания: с фундаментами, стенами, полами, стропилами, кровлей, с инженерным обеспечением. Этот этап на 100% выполнен».
 
В общем, придет декабрь 2016 г., и, весьма вероятно, все замрет в ожидании дальнейшего финансирования. Поэтому снова приходится возвращаться к этому вопросу, тем более что по ряду косвенных признаков, о которых мне сообщили информаторы, противозаконный проект застройки одного из дворов Михайловского дворца не забыт и кое-кто для этого строит планы перемещения двух Особых бронекладовых (где хранятся драгоценности, золотые оклады икон и книги в переплетах с использованием драгметаллов – всего 8048 единиц хранения, как указал зам. директора ГРМ И.И. Карлов в своей записке – см. http://www.online812.ru/2016/03/29/013/) на новое место внутри Михайловского дворца, а научной библиотеки ГРМ (примерно 194 000 единиц хранения) – в Михайловский замок, поскольку именно на этих местах должен располагаться наружный лифт, прикрепленный к стене дворца со стороны двора, для чего планируется в этой капитальной стене пробивать на каждом этаже (по ходу движения лифта) входы – очевидно, в оконных проемах.            
 
Понятно, что такая переделка дворца – это демонстративное нарушение закона № 73-ФЗ от 25.06.2002 «Об объектах культурного наследия…», и тем не менее симптомы подготовки к преступлению есть. Причем для перемещения библиотеки ГРМ в Михайловский замок надо: 1) закончить капремонт и оборудовать новое здание на пл. Морской славы для Центральной военно-морской библиотеки Министерства обороны, которая в Михайловском замке располагается сейчас; 2) провести комплексную реставрацию помещений в замке уже для библиотеки ГРМ и приспособить помещение для этой функции; 3) переместить фонды библиотеки ГРМ в замок. Пункты 2 и 3 этой программы должны финансироваться из бюджета ГРМ.
 
Кстати, библиотека сейчас располагается в парадных залах Михайловского замка – Воскресенском и Тронном, где оборудованы трехэтажные антресоли. Многие полагают, что есть смысл военно-морскую библиотеку вывезти, а научную библиотеку ГРМ сюда не перевозить, оставить на месте, чтобы эти залы реставрировать и музеефицировать. Впрочем, есть подозрение, что выполнять пункты 2 и 3 никто и не собирается, а гораздо проще книги в ГРМ с полок снять, упаковать и куда-нибудь до лучших времен складировать, чтобы монтировать этот безумный лифт.
 
Но надо понимать, что в условиях дефицита финансов вопрос стоит или – или. И все вышеперечисленное, если будет делаться, то вместо того чтобы завершить реставрацию Летнего дворца Петра I, на которую требуется, по старым оценкам, не менее 672 млн руб. (величина секвестра), а на самом деле больше с учетом инфляции. Если принять, что инфляция составляет 10% в год, то требуется не менее 740 млн руб. Дадут ли их вообще и на что они будут потрачены – вот самый интересный вопрос.            

Михаил Золотоносов



‡агрузка...

Медицинские центры и клиники, где можно сделать МРТ в Киеве